Осколки Богов

– Ты просто не познал всех ее сторон, так что рано тебе об этом судить, Геон, – улыбнулся Мечник, сооружая костер из веток, что собрал по дороге.

Как их разговор перешел в сторону любви, Лучник не мог сказать. Он и не особо их слушал, лишь хмыкнул на его фразу.

Подняв бровь, Мечник повернулся к нему:

– Хочешь сказать, я не прав?

Повел плечом.

– А ты любил когда-нибудь? – спросил мальчик у него.

На жесты, товарищ лишь усмехнулся.

– Что он сказал?

– Что ему разбили сердце.

– Я конечно не понимаю жесты, но уверен, он не это сказал, – нахмурился мальчик, заметив, как дернулся капюшон, который мужчина никогда не снимал с головы, как и тканевую повязку с лица, расценив это как возмущение.

– Просто наш дорогой Лучник еще не встретил свою любовь и потому не верит в нее. Уверен, он был знаком лишь с проститутками в борделях, а где там встретить ту самую?

– Может ему просто не нравятся девушки? – предположил мальчик.

– В таком случае, я буду сильнее затягивать пояс и ходить позади.

В Мечника полетел небольшой камень, который он смеясь отбил. Большей реакции от Лучника ждать смысла не было.

– А ты любил? – Геон с интересом сложил руки на коленях и уставился на мужчину.

– Любил, – улыбнулся Мечник, – Люблю и ради своей любви я и отправился в этот опасный путь.

– Кто она?

– О, самое прекрасное создание, что можно повстречать на земле. Моя дорогая Симона бриллиант…

Перебил его громкий кашель Лучника. Подавившись, он начал хлопать себя по груди, другой держа открытый бурдюк с водой.

– Пожадничал воды? – покосился на него Мечник.

– Думаю, его просто поразили твои сравнения.

Лучник указал в сторону мальчика, помахав пальцем, что означало «в точку».

– Ну что я могу поделать, такая она, – мечтательно улыбнулся Мечник, – Волосы густые и нежные, как шелк, глаза полны восторга и горят, будто маленькие огоньки, полные тепла и чувства.

Скорей жажды, подумал Лучник об этой змее. Но естественно, мнение свое он выговаривать не собирался, сидел все так же, слушая краем уха разговор и прислушиваясь к звукам неизвестной для него местности, которая могла преподнести много сюрпризов.

– Тебе бы стихи о ней писать.

– О нет, что-что, а к перу я не прикоснусь. Так себе из меня поэт. Никогда не смог бы даже две строчки срифмовать.