Осколки Богов

И поскольку шкура, что он носил через плечо и обмотанные мехом, утепленные сапоги ему в этих погодных условиях были не нужны, он обменял их несколько дней назад у бродящих торговцев на несколько монет и еду, а также более удобные сапоги.

Это были копейки по сравнению с реальной стоимостью его накидки из шкуры дикого серого волка, которого он лично убил голыми руками, но выбора не было. В этих землях трудно было добыть какую-то еду, а уж среди бесчисленных барханов одежду добыть было еще труднее.

– Я понимаю, ты устала, но оглянись вокруг – мы в степи, непроходимой, безлюдной и опасной.

Чем дольше мы будем тут находится, тем хуже нам будет. Еду тут добывать трудно, единственная радость, это река позади, вдоль которой мы идем, но и там рыбы почти нет. Так что, чем медленнее мы будем идти и больше останавливаться, тем быстрее вымотаемся и свалимся от истощения.

– Когда мы дойдем? – устало спросила она, посмотрев на его хмурое, разукрашенное непонятными символами лицо.

– Мы прошли примерно половину пути.

– Но мы идем вторую неделю, – округлила она глаза.

– Да, путь не близок, но если будем меньше останавливаться, то дойти за неделю сможем.

Выдохнув, она кивнула и начала было подниматься, но он остановил ее.

– Сейчас отдохнем, попробую поймать рыбу и у нас еще осталось немного вяленного мяса. Потом отправимся в путь.

– А еще ты обещал меня учить защищаться.

– Научись сначала выносливости. Хороший воин должен обладать ею в любой ситуации, а также, должен учится выживать в любых обстоятельствах.

– Я буду! Я хочу стать такой же сильной, как ты и уметь постоять за себя.

Он слегка улыбнулся, наблюдая за прытью Рыжика. В такие моменты в ее глазах загорался блеск, и он и правда верил, что она сможет стать сильной и сумеет многому у него научиться. Но для этого ей от многого придется и отказаться. Путь, на который она хочет встать, не для сельских девочек.

Впервые об этом она попросила, когда они наткнулись на разбойников.

И пусть у Охотника не было меча, ему не составило трудности побороть шестерых с небольшим кинжалом и силой собственных рук. Когда он прямо перед ней свернул голыми руками шею одному разбойнику, она не билась в истерике и не боялась, а равнодушно посмотрела на упавшее тело, посмотрела ему в глаза и сказала, что хочет научиться так же.

Обучать прежде ему уже приходилось, только не зеленых юнцов, а более взрослых парней, что жили в их общине.