Другие хозяева

Они у Лели от природы были невыразительного, как она сама говорила, мышиного оттенка, так что приходилось красить (чаще в темные тона).

– Давайте попробуем золотисто-каштановый, – предложила Анюта. – Он будет похож на натуральный, только выразительнее, насыщеннее.

Леля решила довериться ее вкусу.

Играла ненавязчивая музыка, умиротворяюще жужжал фен, мастерицы негромко беседовали с клиентками – обстановка расслабляла, и она подумала, что непременно будет теперь ходить только сюда.

Спустя часа полтора, когда Анюта уже сушила ей волосы феном, Леля увидела Илью.

Они улыбнулись друг другу, и парень заговорил с Томочкой. Утонченный, тонкокостный, большеглазый Илья в очках, как у Джона Леннона, и миниатюрная, изящная, словно статуэтка, Томочка – ребята были подходящей, гармоничной внешне парой.

– Как вам? – спросила Анечка, выключив фен и оглядывая дело рук своих строгим взглядом.

– Здорово! – восхищенно проговорила Леля. – Вы просто изумительный мастер!

– Модель подходящая, – невозмутимо ответила Анечка, но видно было, что похвала ей польстила.

Стрижка была удачная, оттенок волос выглядел естественно, а большие синие Лелины глаза стали казаться еще больше и ярче.

– Я же сказала, тебе понравится! – Томочка вытащила из шкафа Лелино пальто. Сама она уже была одета. – Ты у нас и так красавица, а теперь уж вообще!

Они вышли в коридор, где их уже ждал Илья, и Томочка спросила, как ему новая Лелина прическа. Но он, не отвечая, замер, глядя во все глаза куда-то в конец коридора.

Леля проследила за его взглядом и увидела пожилую женщину, которая направлялась к ним. Вернее, в салон красоты. На вид ей было около шестидесяти; худая, высокая, она шла неуверенной походкой, точно постоянно задавалась вопросом, надо ли ей сюда идти. Светлые крашеные волосы сильно отросли у корней: видимо, парикмахер давно к ним не прикасался.

Женщина подошла ближе, и стали видны глубокие морщины и горестные складки возле рта, тусклые глаза и слишком густой слой тонального крема. При этом одета она была дорого: Леля знала цену и пальто, что болталось на ней, как на вешалке, будто снятое с другой, гораздо более полной женщины, и сапог, и сумки, что свисала с тощих плеч.

Она, похоже, узнала Илью, потому что взгляд ее прояснился, а лицо озарилось улыбкой, сделавшей женщину чуть моложе:

– Илюша? Это вы? Вот так встреча!

– Здравствуйте, Марта Иосифовна, – справившись с собой, проговорил Илья, улыбнулся в ответ и представил ей Томочку и Лелю.