Дикий Талант

Конечно! – Слотеры разрушили Джотту!

– Правильно, – сказал Маран. – Разрушили Камень-Сердце… – в голосе Марана была печаль – словно Джотта был дорогим ему человеком, а не каменной глыбой. – А теперь – самое интересное. Ты готов?

«Нет, – подумал я. – Оставьте меня в покое!»

– Приключения начинаются, – сказал дядя. Он снял с пояса и протянул мне серебряную фляжку. – Сделай три глотка. Это снимет боль.

– Это заклинание? – спросил я.

– Лучше. Это бренди.

Когда Уто вытащил сундук из шкафа и, повинуясь указаниям графа, открыл тяжелую крышку – что-то изменилось.

У шкипера возникло ощущение, что кроме них с Тасселом, в комнате есть кто-то еще…

Кто-то, не слишком дружелюбный.

Граф, сидя на кровати, закутался в одеяло. Через томительную паузу он склонил голову – словно приветствуя старого знакомого… и ощущение исчезло. Уто перевел дыхание.

В сундуке была книга в обложке красного бархата. Были коробочки различной формы и склянки с жидкостями. Связка церковных свечей – черных и белых.

Бутыль зеленого стекла, в таких обычно держат крепкую выпивку. Несмотря на жару, бутылка казалась запотевшей…

И еще там была высушенная крошечная голова в запаянной колбе.

Можно было догадаться, подумал Уто. Смутное время диктует свою моду. Аристократы увлекаются магией дикарских островов, а варвары носят шляпы…

Шкиперу вспомнился тот рыцарь из Лютеции, который путешествовал с целой бандой гейворийцев. Варвары были в фиолетовых камзолах и в шляпах, украшенных стигмами. Словно цивилизованные люди! Если мартышек нарядить в человеческую одежду, они все равно останутся мартышками.

Держались варвары нагло и вызывающе. Ладони вечно на рукоятях мечей. Еще бы! Лютецианец им многое позволял. Ублюдок.

И ехал дворянин, кажется, в этом же вагоне.

Уто огляделся. Верно. Только в соседней комнате. Она, вроде бы, сейчас пустует.

– Д-дай, – сказал Тассел.

Шкипер повиновался. Бутыль была холодной и очень тяжелой – словно вместо вина туда залили ртуть.

«У меня в поезде – колдун, подумал Уто.

А я все хотел дотянуть до Китара…»

Тассел глотнул из запотевшей бутыли. Тут же выпитое полилось ему на грудь.

Попадая на кожу, темная жидкость превращалась в пар.

– Х-хаос п-по… п-по-ддери, – сказал граф. Губы у него дрожали. Заикался граф все сильнее.

«Всего лишь контузия? – подумал Уто. – Всего лишь?»

– Как твоя голова? – спросил Маран через полчаса.

Я ответил: «Хорошо, дядя». Когда я открыл фляжку – пахнуло горячим металлом.