Регрессор

Ремонтник такой! Другой как-то интересно тянул веревку от паруса, чтобы тоже оказаться в трех шагах от нас. Еще двое делали вид, что треплются о чем-то своем, расположившись поблизости. Всех четверых выдавали напряженные лица и готовые к броску тела. Лучше бы один рядом оказался, напрыгнул и драку завязал, а остальные как раз подоспели. Тогда был бы шанс против человека с огнестрелом. А эти олухи устроили народные гуляния по палубе, чем меня только насторожили.

Недовольство сменой власти было не настолько сильным, чтобы толкнуть пиратов на мятеж.

С этим они смирились меньше чем за час после переворота. У меня лично сложилось впечатление, что подобное в их мире редкостью не было. Да и, если подумать, для них лично ведь ничего не изменилось! Плывут домой, добычи полный трюм, а кто приказы отдает – дело десятое.

Расстроило их мое решение по рабам.

Я их освободил и ввел в команду. Несмотря на все возражения профессора и его предостережения.

«Образ мыслей этих людей не примет подобного! – говорил он, имея в виду пиратов.

 – Рабовладение – часть их жизни!»

А мне было плевать! Примут, куда денутся! Рабство не должно существовать! Я не собирался мириться с несправедливостью ни в своем мире, ни в чужом! Сам побыл рабом пару месяцев, не с чужих слов понимаю! И я не собирался оглядываться на доводы Терри. Все эти его «ментальность», «обычаи», «образ жизни» и «культурная среда». Вот вроде умный мужик, такого бы в Движение, а элементарных вещей не понимает! Не должен один человек из другого скотину делать!

Даже если рабство в этом мире существовало вполне законно! Со слов Касана, в невольники попадали пленные, должники и иноземцы, как мы.

В рабство даже можно было продаться добровольно, заключив контракт на определенный срок! В городе, который был родным для моего «первого помощника» и звался Тинджи, имелся даже самый крупный рынок невольников. Он сказал об этом с этакой гордостью за свою родину. И, вторя ученому, не преминул вновь поднять вопрос об освобожденных гребцах.

– Так нельзя, Серт-ар! Эти рабы – тоже добыча. Мы их взяли в бою! Хотели продать тех, кто выживет. А ты забрал добычу у команды. Воины злятся!

Воины, подумать только! Но вот так они себя и называли.

– Бывший раб сейчас командует воинами. Их не злит?

– Ты взял свободу силой! Убил капитана. Ты свободный по праву. А они не твоя добыча. Ты их освободил. Люди недовольны!

– Переживут! – махнул я рукой. Сила на моей стороне.