Троецарствие. Беглец

Крестьяне, ремесленники, заготовщики древесины, шахтеры да и просто слуги. Во время гражданской войны человеческого ресурса постоянно не хватало, особенно на пограничных землях. Поэтому владетели охотно покупали – нет, не рабов, но население для своих пустующих земель.

Так что за судьбу пленников я как-то не переживал. В существующих реалиях им ничего не грозило – сменится хозяин, который налоги собирает, и только. Эка невидаль – весь Китай так живет.

Но когда я увидел, что стража этого загона выбрала из пленников десять человек и повела к шатру главаря, немного напрягся.

Если бы там были одни девушки, я бы еще понял зачем. Но среди отобранных были и мужчины, и пожилые женщины, и даже парочка подростков.

Десятку оставили у шатра, откуда вскоре вышел и атаман. Увидев его, я бы вскрикнул от удивления, если бы мог это сделать в эфирном теле. Старый знакомый, один из первых моих противников в этом мире – Чэнь Дэн, прозванный мной Соловьем-разбойником. Тот самый Заклинатель, который стоил мне девятерых кавалеристов.

Своей магией убегающий бандит превратил их в статуи, покрытые тонкой корочкой льда.

Сколько мы с ним не виделись? С полгода уже, наверное. И должок он передо мной имел, надо бы стребовать. Надо попросить Лису, чтобы она его до дна выпила.

– Наш клиент – Заклинатель, – сообщил я, вернувшись в тело. – Мы с ним встречались уже, опасный тип.

– Вот как! – оживилась Лисица, дремавшая до этого на куче листьев. – Ци Заклинателей довольно вкусная! Я рада, что не ошиблась.

Чем он там занят?

– Непонятно. Там в лагере пленники… – я быстро пересказал напарнице все, что удалось увидеть.

– О! Наверное, он затеял ритуал! – мордашка Ноу Ниу буквально лучилась от энтузиазма. – Это очень хорошо!

– Какой еще ритуал?

– Обыкновенный! Он же Заклинатель. Часть жизненной силы пленников он заберет себе, так как плохо умеет накапливать ци самостоятельно, часть – отдаст той сущности, с которой у него заключен договор.

– Погоди-погоди! Ты хочешь сказать, что он убьет этих людей?

– Ну да, – девушка дернула плечиком.

– Там дети! Двое!

– Все когда-то были детьми. Почему тебя это волнует?

Я вытаращился на нее, не зная, как ответить на этот вопрос. То есть я мог бы объяснить, почему для меня это неприемлемо, но не был уверен, что она что-то из моих слов сможет понять. Для нее люди – кормовая база, вроде коров, которые дают молоко. Пока их доят – они полезны. А потом пускают под нож, мясо ведь тоже нужно.