Троецарствие. Стратег

Двигаться нужно было осторожно, чтобы не разбередить начавшую заживать плоть. Я медленно сел на кровати, переждал миг головокружения и опустил ноги на пол. Ступни тут же утонули в мягкой шерсти какого-то животного.

Глянул – тигриная шкура. Белая, с черными полосками. Не этого ли зверя завалил Вэнь Тай, за что и получил свое прозвище? Внушительно! И очень приятно для ног.

Итак, подведем промежуточные итоги моей авантюры. У меня новое, пусть и слегка подпорченное тело, которое в потенциале лучше прежнего. Есть деньги и имущество.

Даже слуги есть, если судить по сиделке и картинкам из ночных «сериалов» про войну Вэнь Тая. То есть я в плюсе при прочих равных.

Теперь по способностям. Их – тех, что я видел в исполнении прежнего владельца, – нет. Но мне кровь из носу нужно их развить. Быстро. За три дня. Иначе я окажусь в той Бездне, в которой за моей душой будут гоняться бестелесные сущности. Вот в это я верил! Потому что видел. И меньше всего мне хотелось, чтобы моя душа попала на зубок к этим монстрам.

Значит, надо учиться. Три дня не дофига времени. И трактат прочесть и какую-то битву замутить – я ж надеюсь, богиня про спарринг говорила? Или надо обязательно насмерть?

В качестве учебного пособия имеется трактат в седельных сумках. Где они у меня, кстати? Вряд ли седло и поклажа так и остаются на лошади, когда с нее сходят. Животных вроде принято расседлывать. Ага, вон седло, под манекеном, а рядом две объемные сумки, похожие на те, которые любят вешать на мотоциклы байкеры.

Медленно, чтобы не разбередить рану, я приблизился к манекену и присел подле него. Открыл первую сумку, запустил туда руку. Начал вытаскивать вещи по одной.

Флаг, короткий клинок в ножнах из кости, моток толстой нитки, куски толстенной, жесткой, как дерево, кожи – из таких собран шлем на голове манекена и массивные наплечники. Ясно, ремонтный набор. Трактата нет.

Он оказался во второй. Там вообще ничего не было, кроме бумаг. Свитки, собранные между дощечками листы желтой бумаги – первые книги, надо понимать.

На одной из них были выжжены два иероглифа, которые я, к своему удивлению, смог прочесть. Ну, хоть проблема языка передо мной тут стоять не будет.

Итак, вот он, «Взгляд с неба». Две дощечки, четыре листочка. Трактат, прям! На первом листке был выведены те же иероглифы, что и на обложке, плюс сообщалось, что данная «ученическая копия сделана матером Ляном из уезда Чаншу в третий год после восшествия на трон императора Ли Ди».