Жнец

И мы пошли. Перебрались через забор, держась деревьев обогнули лужайку, прошли через комплекс зеленых топиарных[3 - Топиары – скульптуры из искусственного газона.] фигур, от которого до дома сирены было уже рукой подать. По пути мы никого не встретили – вероятно Дима оказался прав, и охранники из миньонов получались аховыми.

Возможно, все было не так. Возможно, у сирены была неплохая система охраны – на ее взгляд. Но определенно ее жилище еще никогда не штурмовал армейский спецназ, пусть бы и состоящий из парочки отставников.

Перед тем, как проникнуть в дом, мы еще раз исследовали его с помощью разведывательных дронов. Обнаружили одного охранника, сидящего на первом этаже перед кучей экранов, парочку скучающих бойцов в холле второго этажа и еще двоих – на третьем. Саму хозяйку обнаружили там же – в смысле, в спальне на третьем этаже этого здоровенного особняка. Мирно спящей в компании с кем-то еще, укутанным в одеяло.

Наблюдатель за камерами получил дротик с транквилизатором в спину и мгновенно отрубился.

Дима метнулся к пультам, поколдовал над ними несколько секунд и вскинул оттопыренный большой палец вверх. Я ответил тем же жестом и аккуратно начал подъем по лестнице. Два выстрела, и двое в холле тоже погрузились в объятия сна.

Правда, один из них, падая, зацепил столик поблизости. К счастью, на нем не стояло никакой посуды, но все равно шум в тишине спящего дома был просто оглушительным.

– Мага?! – донесся сверху злой шепот. – Чего творишь, кретин?!

Дима, шедший сразу за мной, метнулся на третий этаж и мигом уложил спать вторую пару охранников.

На несколько секунд мы замерли, вслушиваясь в тишину, но, похоже, больше ничьего внимания не привлекли. После чего двинулись к спальне.

У дверей мы натянули на лица респираторы, чтобы защититься от арома-атак сирены, и аккуратно проникли внутрь. Я подобрался к самой кровати, приставил лезвие ножа к шее Хигины, а Дима стукнул по затылку девицу, которая спала с ней рядом.

– Доброе утро, Хигги! – прошептал я ей на ухо. – Вставай, соня, у меня к тебе разговор на шестьдесят тысяч.

К чести сирены, она не стала вырываться или угрожать. Осознала свое положение, только глаза в мою сторону скосила, уткнувшись в стеклопластик маски респиратора.

– Готова говорить, красавица? – уточнил я через пару секунд.

Она осторожно кивнула, чтобы не поцарапаться о клинок, по-прежнему находящийся у нее под подбородком.

– Хорошо.