Разрывая разум

– Лимонаду мэм! Вы обещали!

– Да, конечно, – нащупав ручку графина на столешнице, Маргарет взяла графин и налила просящему лимонада в стакан.

Михель с наслаждением выпил содержимое стакана, ни на секунду не отрывая своего взгляда от Маргарет. И, осушив его полностью, поставил стакан на столешницу и сильнее прижался к девушке.

– Ой, еще раз простите, – сказала Маргарет, – за мое невежество. Я совсем забыла про лед, который вы просили.

И попыталась вырваться из крепкого капкана этого молодого и красивого ловеласа.

Но, увы, безуспешно. Она поняла, что окончательно увязла в этой любовной паутине и все, что в данный момент их разделяло, единственная преграда так это графин с лимонадом. Михель прижался к ней совсем вплотную, она чувствовала его возбуждающее дыхание и слышала, как их сердца бились в унисон и с таким грохотом, словно к ним на скорости приближался товарный локомотив. Ее внезапно всю сковало, но она по-прежнему не отпускала графин, держала его у самой груди. Его запах, взгляд и улыбка сводили ее с ума. Маргарет еле сдерживалась от того, чтобы не вонзиться своими губами в сладкие губы Михеля и полностью не раствориться в его улыбке. А он тем временем взял ее аккуратно за талию, приподнял и усадил на столешницу. Не отрывая своего взгляда от красивых глаз Маргарет. Улыбаясь, нежно рукой провел по ее шелковистым прядям и слегка коснулся ее шеи и плеча.

Огненная сфера в низу ее животика, потрескивая электрическим разрядом, в мгновение преобразовалась в шаровую молнию, а та, в свою очередь, ярко расширяясь и все обжигая изнутри, родила сверхновую звезду.

И вот долгожданный щелчок. Взрыв сверхновой, сметающий все сомнения и страхи на своем пути. Он прикоснулся к ее мягким губкам своей нежной рукой, и у нее в голове пронеслась только единственная мысль со скоростью света: «И будь что будет!» Маргарет уже не была той, что мгновение тому назад. Она превратилась в настоящую голодную волчицу, нашедшую и догнавшую собственную добычу. Маргарет, по-прежнему не выпуская графин из рук, заключила в свои крепкие объятия Михеля и сильно прижала руками и ногами к себе, и их губы соединились сладким и страстным поцелуем. Вот оно счастье! Вот, оказывается, что так долго искала она и не находила. Вот почему она так страдала и чувствовала себя изгоем в этом бренном мире. Один лишь поцелуй, и все встало на свои места.