Запутанный след

Студентов взбаламутил и мне всю плешь проел, так что я пару недель назад предложил своим помощничкам: хотите рыть, ройте в свой выходной день. И вот, поди ж ты…

– А что за энергию он почувствовал, – заинтересовался Олег.

– Его спрашивай. Только не вздумай написать об этом, – обеспокоился археолог. – А то появятся заголовки типа «Специалист по паранормальным явлениям указывает учёным путь поиска», а я потом до конца дней не отмоюсь.

– Ну, Евгений Васильевич… – раздалось у них за спинами (Маслов уже успел догнать друзей).

 – Я же не виноват, что чувствую все эти вещи. А когда мы захоронение вскрыли, такой выброс энергии произошёл, что я чуть сознания не лишился. Странно даже, как вы этого не ощущаете. Вот представьте, как с вашим-то опытом и знаниями…

– Ох, помолчи!.. – страдальчески поморщился Ярков, а потом добавил: – Ботало…

«Интересно, – прикидывал тем временем Алексеев. – Неужто этот студентик и впрямь чувствует Ключ? Как-то не верится.

Но у меня ведь тоже при прикосновении к бляшкам голова пошла кругом…»

– Смотри, – остановился Евгений. – Каков вид, а?

Они стояли на краю длинного, круто уходящего вниз откоса. По дну широкой долины извивалась поблескивающая под лучами клонящегося к закату солнца речушка – неспешная, прозрачная, с заводями, поросшими кувшинками. Жёлтые и белые цветы ещё не сложили свои лепестки, жадно ловя тепло уходящего дня. Вдали виднелся противоположный откос, но нечётко, терялся в затягивающей его дымке.

– Красиво… – признал Олег.

– И мне нравится, – хмыкнул Ярков и показал рукой: – Нам туда. Недалеко уже осталось.

Прикрывающий что-то кусок старого брезента Олег заметил издали, и почти сразу же у него ускоренно и сильно заколотилось сердце. Чем ближе подходили они к старой иве, под которой был расстелен брезент, тем сильнее волновался журналист.

– Маслов, помогай! – распорядился археолог.

Они аккуратно отложили в сторону чурбачки, придавливающие брезент к земле, а потом сняли серое полотнище.

Алексеев увидел неглубокую – в человеческий рост – квадратную яму, а в её центре тщательно выровненную приподнятую площадку, на которой, вытянувшись во весь рост, лежал на спине человеческий скелет.

Уже знакомо сдавило виски и возникло странное пугающее ощущение – так бывает во сне, когда чудится, что стоишь на краю пропасти, а ухватиться не за что.