Незримое, или Война в иномирье. Монасюк А. В.: Из хроник жизни – удивительной и многообразной. Книга вторая

Когда придет время, и разговаривать придется с головой в камере, она сможет видеть на экране перед собой то, что ей говорит собеседник.

Такое же устройство (правда, не опробованное на практике, – и голова давно уже не появлялась в пятой камере, да и если бы появлялась – было решено лазерами ее пока не облучать) было смонтировано возле стола.

Фостер Дони вернулся из далекого сибирского Алтая через пять дней – назад он прилетел самолетом.

Как только была обработана последняя видеозапись с изображением Монасюка, из Изумрудной долины сообщили, что голова вновь появилась, но молчит – то есть, губами не шевелит, а как будто чего-то ожидает.

В огромном кабинете на тридцать втором этаже здания, в котором размещалось женевское отделение корпорации Бейтс Индастриз, собрались Гил Бейтс, Джанни Абрахамс и Фостер Дони.

Перед ними на экране медленно вращались вокруг оси сразу три человеческие фигуры – Монасюка, Василькова и Кравца.

Несмотря на различную одежду, небольшую разницу в росте и некоторые возрастные особенности (а они были, хотя разница в возрасте между собой у всех кандидатов не превышала и десяти лет) все мужчины на экране были разительно похожи.

Особенно это касалось их лиц.

Гил Бейтс пожелал лично сопровождать Фостера Дони с визитом к иррациональной голове. По дороге из Женевы в Изумрудную долину, сидя рядом на сидении просторного лимузина, Дони спросил:

– Мистер Бейтс, может быть, вы посвятите меня до конца в эту историю? Из-за чего такой переполох – поездки по различным странам, траты средств, наконец, какая-то нездоровая спешка – что, все-таки, происходит? Что вам до этой головы, да еще и какого-то русского?

Бейтс молчал.

Он смотрел в окно на проносившиеся деревья, холмы вдали, пасущихся на лугах коров. Потом негромко сказал:

– Знаете, Фостер, вы скорее всего узнаете все. Но тогда, когда для этого придет время. А пока… Давайте помолчим. И мысленно взовем к богу, чтобы один из трех оказался тем, кого ждет наша гостья из вакуума. Ведь русские живут и в остальных государствах, которые когда-то все вместе составляли Советскую Россию, и если ни один из трех не окажется тем, кого мы ищем, придется все начинать сначала, и искать теперь уже чуть ли не в десятке бывших советских государств.

Я имею в виду базы паспортных данных… А это – плохо, поверьте мне.

Но искать больше никого не пришлось.

Дони сел за стол напротив камеры, в середине которой как бы висела голова. «Неприятное вообще-то зрелище, – подумал он.