У крайней линии

Таким образом, фактически никуда не исчезая, каждый из нас мгновенно сможем заработать большие деньги! Сумму назовите сами, хотите миллион – пожалуйста! Хотите сто миллионов – ради бога! Только уж будьте разумными – не нужно запрашивать триллионы долларов или фунтов!

Как я сказал – в разных банках на Земле деньги будут размещены на номерных анонимных счетах. Как именно, и кто это сделает – нас касаться не должно!

Но по-моему мнению, и это не главное! Если мы выполним работу, мы останемся навсегда такими вот молодыми, здоровыми и будем пользоваться всеми правами и благами Содружества, так как станем гражданами этого космического союза!

Так что вряд ли все мы захотим вернуться к следующий миг после нашего изъятия из родных мест! Проще будет начать новую жизнь! Но это каждый решит для себя сам!

– Я согласен! – сказал Удомо.

И добавил твердо: – Я определенно согласен! Даже если придется рисковать моей черной шкурой!

Теперь лишь лейтенант тайваньской разведки Бай Юньпень упрямо молчала.

«Какая подготовка! – восхитился про себя Денисов. – Как это их там обучают, если даже „переделка“ галактианских медиков не срабатывает!»

– Итак, – неторопливо вслух начал он, – у нас нет согласия Бай. А мы должны принять только единое решение! Галактиане считают, что мы можем не справиться силами двенадцати человек!

– Послушайте, Бай! – сказал он, обращаясь к упрямо сжавшей губы девушке.

 – Ну, чем вы нарушите присягу, если немного поработаете на черт знает каком расстояние от вашего острова, и будете выполнять работу, которая, ну ничем не угрожает государству Тайвань?

Вы считаете, что не имеете право брать деньги? Что это сродни предательству? Ну, так не хотите – не берите денег! Но вы же останетесь на сотни лет молодой, красивой (и тут он как-то сразу вдруг осознал, что разведчица ведь и впрямь чертовски красива!) и сможете, если пожелаете, после возвращения подробным рапортом сообщить своему начальству все, что узнаете! Ну, считайте, что вы сейчас осуществляете глубокое внедрение в тылы условного противника, что ли!

Бесполезно! Все втуне!.

. Что заставило Денисова поступить так, как поступил он – Виктор и сам не знал.