У крайней линии

Спасла средняя школа модели Никиты Сергеевича Хрущева – при нем обучение осуществлялось 11 лет, заканчивали выпускники среднюю школу в возрасте 18 лет, то есть – совершеннолетними, и каждый имел на руках рабочую специальность.

Денисов закончил среднюю школу шофером 3-го класса. Так в 35 лет он смог начать жизнь как бы с начала – устроился шофером молоковоза на автобазу «Молпром», постепенно повысил рабочую квалификацию до 1-го класса, получил квартиру, женился – но с этим запоздал, так что детей у него не было.

Но мечтателем, каким был с детства, он остался навсегда. Воображал себя, лежа в постели перед сном, то тем, то этим – это зависело от недавно прочитанного.

Вдобавок с детства был он природным экстрасенсом, но способности у него были слабенькие, и он так никогда этим своим качеством по-настоящему не увлекся и не заинтересовался – не развивал, не обучался во всяких там академиях экстрасенсорики и тому подобных.

Но себя лечить мог – пассами ладоней рук не только снимал боль, но и постоянно подлечивал свои внутренние органы.

Поэтому здоровье имел пусть и не отменное, но в свои 55 лет никаких хронических заболеваний, свойственных людям его возраста, не имел, да и выглядел на пяток лет моложе.

Он частенько, тупо накрутившись за день баранку КамАЗа и почитав перед сном книги с романами «о другой жизни», представлял себе, что вот однажды перед ним вдруг…

Ну, и чего это он стал бы кричать, когда однажды ночью перед ним вдруг и действительно появилось существо, между прочим – всем своим видом демонстрирующее дружелюбие?

И здесь поясним – что значит – демонстрирующее дружелюбие? Существо гримасничало, шевелило поднятыми руками (между прочим, с кистями рук, на которых было по четыре пальца), примерно так, как двигают руками люди, осуществляющие момент «выхода в круг» для участия в танце «цыганочка»…

У него, существа, получалось забавно и странно… И Денисов повел себя странно – он, не вставая с постели, оперся щекой на ладонь согнутой в локте руки, которую удобно умостил на подушке, и наблюдал за ужимками несчастного инопланетянина, который, наверное, тоже считал, что естественной реакцией Виктора должен был бы быть вопль о помощи…

Когда Виктору Васильевичу на все это надоело смотреть, он сказал:

– Ты говорить-то методом издавания звуков умеешь?

Существо замерло.

На мгновение оно утратило формы человеческого тела, превращаясь в нечто вовсе уж бесформенное, и, как успел понять Виктор, неприятное на вид.