Пояс отчуждения

Понимаете, – девушка чуть подалась вперёд, – когда «Мэссив Генетик» ещё только начинал разработку ревинтола, находились те, кто решал, что их способность к регенерации после введения сыворотки становится безграничной, и считал необходимым устраивать некоторые эксперименты.

– А это не так?

– Конечно, нет. Добровольцы обладают способностью быстрее остальных залечивать раны, но они не бессмертны. – Джойс, будто опомнившись, махнула рукой. – Хотя что я вам говорю, вот.

Она протянула Айле небольшую брошюру.

– Это правила безопасности.

У вас будет время ознакомиться с ними. Там нет ничего особенного, просто небольшие выдержки из лекций профессора Аяр о регенерации вообще и о ревинтоле в частности. Когда вы её прочтёте, сами всё поймёте. Но это позже. Сейчас вам нужно заполнить анкету, чтобы я могла внести её в базу.

Анкета была небольшой и в основном касалась различных навыков, которыми человек мог овладеть до попадания в Пирамиду. Айла ничем особенно не владела, разве что неплохо рисовала. Хотя куда ей до своей знаменитой прабабки, чьи картины вдохновляли людей? Сама Айла разве что могла задумчиво чиркать ручкой в блокноте, пока висела на телефоне в ожидании, когда кто-нибудь в отделе статистики ответит на звонок.

– И разве у меня сразу не снимут отпечатки пальцев, например? Чтобы ввести в моё личное дело.

– Планшет их уже снял, – добродушно ответила Джойс, не поняв шутки. – В чехол встроены специальные сенсоры. Ваши отпечатки уже в базе.

Молочно-дымчатая дверь в кабинет директора открылась, и оттуда вышел Роман.

Джойс хотела что-то ему сказать, но Вечный Наследник прожёг её взглядом и со скоростью пули метнулся в сторону выхода.

Джойс немного помедлила, но нажала на кнопку переговорного устройства.

– Госпожа Сантери, ньети Адлер ожидает в приёмной.

Ответ последовал спустя несколько секунд. Из динамика послышался мелодичный и лёгкий, как воздух, женский голос, будто его обладательница не срывалась на крики пару минут назад.

– Пусть войдёт. Я её приму.

Глава 6

Повсюду в кабинете госпожи Сантери стояли тигровые лилии, что резко контрастировало с навязчивой белизной стен и мебели.

Эти вспышки оранжевого цвета будто вступали в какой-то диссонанс с враждебной стерильностью просторного помещения и боролись за право быть там, отчего смотрелись весьма выигрышно, отвлекая всё внимание посетителей на себя.

Аврора, облачённая в больничный халат, сидела за широким рабочим столом и подписывала какие-то бланки.