Авессалом-2. Портал. Все, к чему прикасается тьма, хранит ее отпечаток

Он откатился в заросли крапивы, но тут же вскочил на ноги, уставившись на меня широко раскрытыми, изумленными глазами. Я выдохнул. Боли уже не было. Только пальцы левой руки неприятно покалывало. Я поднял руку  – вокруг дрожащих пальцев плясали, извиваясь, словно маленькие змейки, зеленые молнии. Ахнув от неожиданности, я встряхнул рукой. Молнии соскользнули с кисти и с шипением ушли в слегка задымившийся песок.

– Какого хрена…

– Господин…

Губы моего противника дрожали. Он весь сник, сгорбился, разом став каким-то тощим и нескладным.

– Господин, простите, я не узнал Вас. Дама не предупредила, что Зоргхар будут участвовать в деле.

– Какого хрена здесь вообще происходит? – пробормотал я.

Похоже, мой риторический вопрос тощий воспринял буквально. Он мелко засеменил ко мне, ежесекундно кланяясь и бормоча:

– Она велела зачистить тут все. Эта идиотка Илонка наследила – конфеты, шприц. Я должен был все убрать. Забрать машину. Я не знал, что Вы будете лично контролировать. Дама не сказала.

Я машинально поднял руку со шприцем.

– Нет!!!

Я вздрогнул и обернулся. В проходе стояла Анастасия.

– Не отдавай ему это!

Челюсть тощего отвисла.

– Дхолайш! – Он прыгнул вперед и загородил меня своим телом от приближающейся девушки. – Вали отсюда, сука!

– А то что? – губы Анастасии сжались в одну линию. Она пригнулась и слегка тряхнула ладонями, в которых из ниоткуда возникли широкие лезвия метательных ножей.

Тощий, взвыв, бросился на нее. Я инстинктивно прыгнул следом и подсек его ногу. Споткнувшись, он рухнул на землю носом в песок. Анастасия прыгнула ему на спину и, мгновенно заломив руки назад, скрутила их опять же непонятно откуда взявшейся проволокой, забросив ее дополнительно и как удавку на шею. Тощий хрипел и извивался, пытаясь лягнуть девушку ногой.

– Настя?

Не обращая на меня внимания, она рванула долговязого за куртку и усадила спиной к стене.

– Настя, какого хрена здесь происходит?! – я схватил ее за рукав пиджака, но девушка резко вырвалась и обернулась.

Я невольно попятился – глаза моей начальницы горели холодной яростью.

– Не встревай, – прошипела она. – Молчи, обещаю, я все объясню позже.

Она снова обернулась и пнула ногой долговязого, который предпринял отчаянную попытку подняться на ноги. Тот вновь шлепнулся на задницу, больно ударившись затылком о камни.