Авессалом. Начало

 – И ты, конечно же, уверен, что все это ошибка, и ты ни в чем не виноват?

Авессалом замотал головой.

– Хорошо. Я смогу все объяснить, но при условии, что ты не будешь перебивать меня и бить посуду. Согласен?

Авессалом отчаянно закивал, подтверждая свое согласие. Невидимая сила, придавившая его, тут же исчезла, и парень снова обрел способность говорить. Впрочем, с этим он предусмотрительно решил повременить.

– Ты – Единожды Рожденный, Авессалом, нравится тебе это или нет, но это так, – Гоша небрежно откинулся на спинку стула.

 – Давно, еще в протобиблейские времена, и в мире, бесконечно далеком от этого, некое существо, называемое Ангелом Тьмы, было заключено в Сосуд Времени, чтобы не был нарушен вселенский баланс между Тьмой и Светом. Сосуд Времени надежно спрятан, и лишь кровь Единожды Рожденного способна указать, где именно. Теперь понимаешь, почему такое внимание к тебе?

– Бред какой-то… – Авессалом украдкой ощупал подбородок и губы.

– Та милая компания в капюшонах, – не дожидаясь согласия собеседника, продолжал поэт, – на самом деле члены Ордена Первых Дней.

Их цель – найти Сосуд Времени и освободить Ангела Тьмы. Если это произойдет, будет нарушен вселенский баланс, и все миры Творения ждет хаос и тьма. А ты, Авессалом, твоя кровь – ключ к этому хаосу.

– Но откуда ты это знаешь? Кто ты такой?

Несколько секунд Гоша молчал, пристально вглядываясь в глаза молодого человека.

– Люди испокон веков давали таким как я, множество имен… Можешь называть меня Ангелом, если хочешь.

Хотя я предпочитаю просто Гоша.

– Ангел… – убитым голосом выдохнул Авессалом, – Господи ты боже мой!

– Сева, – слегка поморщился поэт, – не упоминай Его… всуе.

– Где мы находимся? Что это за место?

– Это? Это кафе, как видишь. Кстати, мое любимое.

Гоша довольно осмотрелся по сторонам, приглашая собеседника оценить по достоинству предмет его гордости. Авессалом на приглашение не отреагировал. Обхватив голову руками, он сгорбился над столом.

– Что со мной произошло?

– Видишь ли, – Гоша задумчиво потер небритую щеку, рассматривая осколки разбитых стаканов, – технически ты умер… Я тебя убил, как ты помнишь…

– Умер? Я умер? – Авессалом изумленно уставился на поэта. – Я что, на том свете?

– Не совсем… – усмехнулся тот. – Скажем так, ты где-то посередине. Это такое особое место, здесь можно спокойно поговорить и никто нас не услышит. Но слушай дальше.