Авессалом. Начало

Они такие смешные, ухаживают все время, причем все одновременно. Куда только ни приглашали – вечеринки, тренировки, а вчера так вообще в сауну звали.

– И давно тебе стали нравиться спортсмены? – помрачнел парень.

Лена рассмеялась.

– Мне разные мужчины нравятся. Спортсмены, музыканты, – она лукаво взглянула на него, – рекламщики…

– Ох, Ленка! – он расплылся в улыбке. Ну, вот сейчас – самое время!

– Лена, я вот что хотел сказать…

– Минуточку внимания! Прошу абсолютной и непререкаемой тишины! – музыканты закончили первое отделение, и на сцене неожиданно появился странный тип в старых джинсах и нелепом свитере.

Публика в зале оживилась.

– Опаньки! Гоша явился! Жарь, Гоша! Гоша! Гоша! – за соседними столиками засвистели и приветственно зааплодировали.

– Сева! Смотри, какой тип! – Лена схватила камеру и сделала несколько снимков.

Стоящий на сцене мужчина снял со стойки микрофон, взъерошил и без того растрепанные волосы, придав себе слегка комичный и пафосный вид.

– Дорогие друзья, гости и прочие присутствующие! Сегодня, как, впрочем, и каждый раз, вы являетесь свидетелями рождения истинного искусства в виде моей несравненной поэзии. Итак, тишина! И внемлем, внемлем, внемлем…

– Это еще что за придурок? – раздосадованно пробормотал Авессалом.

– Тс-с… давай послушаем!

Мужчина глубоко вдохнул и, подняв очи горе, нараспев принялся декламировать, очевидно, свежесочиненные строки:

В чем истина – спроси поэта,

Когда все рушится вокруг.

Когда глаза не видят света,

И предал самый лучший друг.

Когда любовь тебя приводит

Не на альков, а на алтарь,

Когда спасенье пулей входит

В твой лоб. Но пробудится Тварь.

Когда искал богатства где-то,

А оказался на войне…

В чем истина? Спроси поэта.

Он знает – истина в вине!

Гоша вдруг хитро усмехнулся и поднял невесть откуда взявшуюся в его руке рюмку с водкой.

– Моей же трепетной душе, она открылась в «Бульбаше»! Ваше здоровье, дамы и господа!

В зале захохотали, вокруг грянули дружные аплодисменты.

Очевидно, подобные выступления Гоши были привычной частью программы клуба. Тот картинно раскланялся, одним махом выпил содержимое рюмки и стал пробираться мимо тесно расположенных столиков по направлению к бару.

– Сева, ты что-то хотел мне сказать? – Лена, щелкнув на прощание пару раз нелепого поэта, громко требовавшего в баре пива, отложила фотоаппарат в сторону.