Остерия «Старый конь». Дело второе: Браватта

– Так-ить Совет завтра, ваша милость!

«Ого, он меня за дворянина принял?»

– Вот готовимся, так-то вот! Понаедет народу, почитай, со всего свету, а все ж благородные, всем же с обхождением надоть! А мы-то, выходит…

Слугу прервали так резко и грубо, что бедняга даже вздрогнул от неожиданности.

– Алезо! Твою же мать, проклятый лентяй! Какого рожна ты тут торчишь, когда я жду тебя с подушками для сидений?!

Возникший из-за спины лакея старший слуга был невысок, но крепко сбит и, судя по всему, обладал внушительной физической силой.

Которую не замедлил продемонстрировать, отвесив лентяю затрещину, да такую увесистую, что беднягу швырнуло на пол. Тот поднялся с обиженным лицом, потирая скулу и пытаясь оправдаться.

– Так я… Господин, вон, интересоваться изволили!

– А ну бегом за подушками, к-корова! – выдохнул старший слуга, и лакея унесло ветром его гнева.

– А вы, синьор, не заслоняли бы проход, – это он уже обратился к Мерино. И тон его был куда уважительнее. Все-таки встречают по одежде, как ни крути.

 – А то, неровен час, какой-нить остолоп из дворцовых не заметит, да и зацепит. А вы кого ищете, к слову?

– Барона да Гора. У меня с ним назначена встреча. Только я не представляю, где его искать в этом… – Мерино щелкнул пальцами, подыскивая подходящее слово, и, не найдя, оставил фразу незаконченной.

– Я видел его недавно возле малой приемной залы. – Старший слуга неопределенно указал направление взмахом руки. – Позвольте, я провожу вас, синьор…

– Лик. Да, благодарю вас.

Следуя в кильватере своего провожатого, перед которым проход словно сам освобождался, синьор Лик добрался до малой приемной буквально за пару минут.

Малая приемная зала, огромная комната с высокими потолками, обилием картин и портьер на стенах и минимумом мебели (группа кресел и небольшой стол в дальнем углу), была, скорее всего, предназначена для частных и не вполне формальных мероприятий. Бесед, балов, попоек, или чем развлекаются владетели, когда не ведут войн. Несмотря на приставку «малая» была она не меньше, чем обеденная зала постоялого двора.

У входа, сразу за открытыми дверями в приемную, стояли два человека: сам барон да Гора, щеголеватый молодой человек в одежде серых цветов, и его собеседник – барон да Бронзино. Синьор Лик чуть замедлил шаг, видя, что начальник стражи собирается покинуть общество кансильера коронной стражи, встречаться с ним снова ему не хотелось.

– Вижу, благодарю! – негромко произнес он своему провожатому.