Авессалом-4. Сын тьмы

Когул, служивший в своё время в охране купеческих караванов был прекрасно осведомлён о тайных склянках с ядом, защищающих подобные сундуки от грабителей, а скорее от предателей, по глупости пытавшихся ограбить своих хозяев, настоящих обладателей подобных сундуков с секретом. А вот незадачливые воры с кнутами, обмотанными вокруг пояса, навроде кушаков – нет.

– Руби тенты! – заорал он Псам.

Острые сабли живо порезали ткань, превратив повозку в скелет. Лёгкий ветерок выдул остатки растворившегося в воздухе яда.

– Как тебя зовут? – обратился Торс к окровавленному незнакомцу, сидящему за спиной его денщика.

Тот неуклюже спрыгнул на землю, застонал, припадая на ногу.

– Отвечай, поганец! – рявкнул денщик, пнув бедолагу сапогом в плечи.

– Добрый господин! – заголосил человек. – Я Кхорк! Ёк Кхорк. А там братовья мои убиенные, – он повалился на колени, зачерпнул полные горсти пыли, посыпал ею залитые кровищей волосы, став похожим на какого-то чёрта. – Артисты мы. Комедианты знаменитого Бо Маршранга, антер… атре…пердёра, мать его так…

Торс скривился, рассмотрев повнимательнее лицо Кхорка – одутловатое, искривлённое застывшей судорогой.

Ну и, разумеется, до сих пор залитое кровищей, которая уже успела засохнуть.

– Что тут произошло, рассказывай!

– Наёмник. Наёмник Касси Брелан – он обезумел, господин! Порезал господина Плаксу, то есть Бо Маршранга, как есть порезал на ремни! Раскроил тесачищем своим, будь он проклят, чёртово наёмницкое семя!

Тарх Торс кинул быстрый взгляд на окружающих их Псов, большая часть которых до вступления в отряд стражников Наместника долгие годы состояла в вольнице – полуразбойном братстве головорезов, подряжавшихся в различные, чаще всего не совсем законные предприятия.

Лица у Псов вытянулись – кодекс запрещённого ныне братства предписывал сурово карать всякого, кто поносил вольницу и любого её члена. Ёк, смекнув, что ляпнул лишнего, тут же заголосил:

– Он же совсем без берегов стал, господа стражники! Договор не соблюл, хозяина порезал! Да и вас собирался в тот раз…

– Который из них Плакса Маршранг? – перебил его Торс.

Кхорк вскочил на ноги, заковылял к повозке. Цепляясь за деревянные рёбра, на которых полоскались обрывки тентов, взобрался в повозку и завыл оттуда диким воем.

– Бра-а-а-атушки! Чифун, Маргадо-о-о-он! Кровинки!

Торс, нахмурившись, последовал за ним.

Кхорк елозил по полу, обнимая двоих задохнувшихся от воздействия яда братьев.