Разум чудовища

– Ты не скажешь об этом мне, старому верному другу?!

– Даниэль, ты так и не ответил на вопрос: были ли отпечатки Ринато Гаудино на другой стороне рукояток?

– К черту, Джон! Я сам думал о том же. Не было их. Не было! Там все затерто. Их не могло быть, подумай сам! Ну, поставь себя на его место.

Викорски схватил бутылку, расплескивая остатки содержимого.

– Вот ты крутишь маховик, да?

Он вцепился в боковину, оставляя на емкости потные следы ладоней и пальцев.

– Крутишь в эту сторону, открываешь. А потом, смотри…

Викорски сменил направление захвата бутылки:

– Ты хочешь повернуть штурвал в другую сторону.

Видишь? Затираю отпечатки. Если Гаудино, умирая, давил на ручки отсюда, то сам, ладонями, уничтожил следы пальцев на другой стороне маховика. Понимаешь?

– А если барабан вращал не Ринато, – задумчиво произнес Хеллард, – то он ладонями затер чужие отпечатки. Мы все равно ничего не сможем доказать. Есть только одни следы. Гаудино.

– Да! Чтоб их! Мы ничего, ничего не сможем… А ребят не вернешь…

– Даниэль, тебе больше не стоит пить! Узнает Хортон – будут поблемы.

Пойдем отсюда.

– Мне нельзя пить? Мне нельзя пить! Джон, старый ты говнюк! Мне нельзя пить… А что мне делать теперь?! Пятеро наших ребят. Который год ты здесь работаешь? А, не важно! Мы прожили с ними в «Сигме» – бок о бок – чуть ли не вечность! Я помню, как родился у Джея первенец. Незадолго до этого Роник чуть было не погиб, его беременная жена Лоя рыдала здесь, когда садился корабль… А потом родился малыш.

Здоровый, крепкий, хотя все боялись, что из-за нервного шока будут проблемы. Родился! Джей от радости набрался до зеленых чертиков, но Хортон его простил.

Помню, как один хмырь намеревался соблазнить Лою, когда Роник находился в полете. Сволочные испытания. Там шансов вернуться было пятьдесят на пятьдесят, а то и хуже. И вот, нашелся гад, что «подкатил» к жене первого пилота. Я сам бил морду этому подонку. Меня хотели отдать под суд – говорили, сломал ребра…

Ну и черт с ним! Зато потом Роник вернулся, посадил корабль.

Ты не видел? Ему аплодировали все, даже Хортон! А чуть позже мы втроем – я, Джей и Лоя – сидели в этом баре. Всю ночь пили коктейли, и было плевать на суд! Моя голова в ту ночь летала в пространстве отдельно от ушей. Как тогда они были счастливы, Джей и Лоя! Знаешь, вот закрою глаза и вижу: они сидят за столиком, взявшись за руки. Вот тут, рядом! И молчат… А что я теперь скажу ей? Что, Хеллард? Мне ведь надо писать заключение.