Разум чудовища

Когда кровь забегала чуть быстрее, двинулся в ванную комнату, располагавшуюся в глубине, за служебным кабинетом и маленькой спальней. Несколько раз плеснул на лицо холодной водой. Глянул на себя в зеркало, начал растирать мешки под глазами.

«Черт возьми! – подумал президент „Сигмы“. – Еще одна-две такие ночи – и конец…»

Левая рука плохо слушалась, иглы внутри кололи все сильнее и сильнее.

Хортон прошел к рабочему столу, вытащил из верхнего ящика коробочку с лекарством. Проглотил пилюлю, запил водой.

Постоял, опираясь ладонью на стену. Стало чуть легче.

Он и в эту ночь остался на рабочем месте. Он ждал доклада начальника службы внутренней безопасности. «Мы вычислим», – пообещал накануне Лайонс Торелли. Сутки еще не прошли, но Хортон не мог покинуть «капитанский мостик», не получив результат. Ему было очень важно понять: кто и зачем пытался вскрыть приватную сеть корпорации, в которой хранятся архивные данные?

Мелодичный сигнал коммуникатора нарушил уединение президента.

Заставил вздрогнуть. «Неужели финал?» – подумал Хортон, глянув на индикатор, где загорелась фамилия «Торелли».

Это действительно был Лайонс Торелли. И начальник службы внутренней безопасности назвал президенту корпорации имя. Догадки подтвердились – угроза шла с самого верха, из ближайшего окружения президента.

Самуэль Лючидо, член совета директоров.

– Точно? – нахмурившись, переспросил Хортон.

– Уверен на сто процентов, – отозвался Торелли. – Сейчас курьер, мой сотрудник, доставит документы, я не рискнул передавать электронной почтой.

Лично – из рук в руки. Там все как на ладони.

– Спасибо, Лайонс! – поблагодарил Энди и дал отбой.

Через несколько минут небольшой пакет был у Хортона на столе. Президент «Сигмы» распечатал донесение Торелли, принялся читать. Прикрыл глаза, вспоминая. Вивьена… Светловолосая, эффектная, немного сумасбродная. Самуэль женился несколько лет назад, безумно, нелогично влюбившись в девчонку, которая была гораздо моложе его…

И вот результат.

Будто несмышленому ребенку дали в руки опасную игрушку. А он, по дурости, делал все так, что хуже и не придумаешь. Не он, она – ребенок-то женского пола. Роскошь, головокружение от могущества и возможностей. Вечеринки, игорные дома, рулетка, долги… Переуступка требований тем, кто мечтал покопаться во внутреннем архиве «Сигмы», в истории с «Безупречным».

– Почему ж ты не пришел ко мне, Самуэль? – грустно спросил Энди Хортон.