Рыцари подземных магистралей

 – Ты нам че? Хотела показать, что сама – умная? А мы – так, лохи из подворотни?

– Да нет, что ты! – испугалась Оксана, положила ладонь на руку парня.

Пальцы девушки были теплыми, мягкими, нежными. Чуть заметно подрагивали. Руж не стал отодвигаться.

– Я хотела другое объяснить. Вы – сторонники того, чтоб журналисты писали правду. Так? Но проблема в том, что правда иногда бывает скучной. От нее зеваешь. Ну сказала бы я в статье: сколько у нас станций, сколько стоит один километр путей, сколько перевозит наше метро? Уверена: Руж все равно бы зевал, если б рискнул все это прочитать.

А почему? Да потому, что неинтересно! И неважно, соврала я в цифрах, с потолка их взяла или реальные поставила. Понимаете?!

Парни посмотрели друг на друга, но не ответили журналистке. А та с воодушевлением продолжала:

– А вот если я вам такую заметку прочту: «Вчера на станции „Маяковская“ женщина родила ребенка. Тридцатидвухлетняя жительница Ярославля приехала в наш город в гости к родственникам.

У нее начались схватки прямо на платформе. Прибывшая по экстренному вызову бригада „Скорой помощи“ принимала роды около часа. Все это время вход на станцию был закрыт, движение поездов отменено».

– Ух ты! – восхитился Кил. – Что, прямо на станции родила? И поезда из-за этого не ходили? Вообще?!

– Ага, тебе интересно! – с жаром воскликнула Оксана. – Видишь? Видишь? А я, между прочим, и тут неточности допустила. Скажем, вы обижаетесь на журналистов, что те не всегда корректно отображают события.

В заметке я немного наврала. И вот, представьте, приходит ко мне обиженный врач и говорит: «Вы лажу написали. Женщине – тридцать один год, а не тридцать два. Приехала она не из Ярославля, а из Ярославской области. И вообще, мы роды не около часа принимали, только сорок минут!»

– Так это же неважно! – возмутился Руж. – Тут ведь главное – факт! Факт! Женщина родила ребенка прямо в метро. А ошибка в ее возрасте в год – не меняет сути.

Как и то, откуда женщина в Питер приехала.

– Умница ты моя! – сказала Оксана таким ласковым грудным голосом, что Руж отвесил челюсть. – Вот ты и понял главное!

Кил завистливо посмотрел на друга. Он тоже хотел бы услышать что-то подобное от голубоглазой журналистки. Ох как хотел бы!

– А суть в том, мальчики, – продолжала гнуть свою линию Оксана. – Что есть главный факт. Он все определяет.