Вариант «Зомби»

Ну, водоноса, понятное дело, шмонали на предмет оружия или взрывчатки, только потом на пятачок, к орудию, пропускали.

Так вот, этого, зверя, тоже обшмонали. А у него – пусто. Ни оружия, ни взрывчатки. Только бидон с водой. Пропустили: наверное, чуть расслабились. Тут Пак и начал…

– Убил морпехов, что ли? – недоверчиво спросил Доценко.

– Точно! – воскликнул Лишнев. – В тот момент возле орудия, вместе с расчетом, находилось двенадцать человек. Так он их – руками и ногами. За минуту. Всех! Помню, в рассказе говорилось, что америкосы ошалели от неожиданности, когда он стал «работать».

Ударом пальца в спину позвоночник ломал. Потом очухались, попытались за оружие схватиться. Да только парня не случайно так долго готовили. Никто выстрелить не успел. Пак всех уложил. Кого-то ногами, но больше – пальцами-»гвоздями». Тихо работал, быстро. Очень быстро. В глаз, в шею, в спину… Ему ведь надо было не только расчет положить, но и орудие из строя вывести, до того как рота морпехов в основном лагере в полном составе поднимется.

– Удалось? – заинтересованно спросил Марат.

– Вроде да. Убил всех, кто возле орудия находился. Что с пушкой сделал – точно не помню, уже неинтересно. Наверное, гранату – в дуло, гранату – на замок, под прицел, в поворотный механизм. На все про все – минута-другая. А как взрывы начались, тут морпехи в лагере от шока очухались, давай палить.

– Убили, конечно…

– Да фиг знает, – пожал плечами Лишнев. – В книге было сказано, что этот кореец Пак в воду прыгнул, прямо в болото.

Ушел на дно, лежал там почти сутки. Дышал через трубку. В смысле, сломал какой-то тростник, сделал трубку для дыхания и вот так вот лежал под водой. Его пиявки жрали, он терпел. Америкосы стреляли по воде – вроде не зацепили. Ночь пришла – уполз через болото. Живым вернулся.

– Очень похоже на сказку, – покачал головой Доценко. – Костя, ты же знаешь, чудес на свете не бывает. Особенно в таком деле. Американские морпехи – не дети с соской. И с трудом верится, что один человек голыми руками мог двенадцать зубров завалить.

– А он и не человек вроде, – помолчав, произнес Костя Лишнев. – Разве это человек? Я тогда, маленьким был, пацаном, все думал: как такое вынести можно? Попробуй представить. Боль, когда тебя палками бьют, тренируя тело. Сломанные, разбитые в кровь, пальцы. В общем, думал-думал, так вот и понял, что хотел бы попробовать сам, что бывает, что нет. Где правда, где вымысел. Где люди, где нелюди.

– Попробовал? – невесело усмехнулся Доценко.