Вариант «Зомби»

«А мне деньги платят по контракту – что еще требуется?»

Дима вспомнил эти фразы Любани, которые теперь приобретали совсем другой смысл. И еще отчетливо всплыли смешки женщины, ее ответ, когда он, Клоков, спросил, где Зина, врач.

«Занята она. Сильно занята… ближайшие полчаса».

– А мне вот Зинка нравится, – подмигнув, сообщил Доценко, словно по секрету. – Люблю блондинок. Так что я к ней лыжи подкатываю…

Клоков молча шел вперед. И вдруг опять остановился, медленно повернулся в сторону спутника.

– Слушай, Марат, – произнес он, глядя в черные глаза Доценко.

 – Ты в лазарет зачем приходил?

– Тебя проведать, – не моргнув глазом, соврал тот.

– А если честно? – с нажимом спросил Клоков, хотя уже знал ответ.

– Ну, видишь ли, – замялся спутник. – Тебе Любаня нравится, а мне блондинки. Мне Зинка нравится. Вот я… это… с ней, тыры-пыры, пока…

– Ага, понятно, – удар следовал за ударом. Впрочем, стоило ли надеяться на то, что Доценко пришел в лазарет для того, чтоб проведать больного коллегу? Это было бы верхом наивности со стороны Дмитрия.

Здесь каждый думал о себе, за исключением, быть может, Святослава Фокина.

– А ты, это, кстати, подумай, – пытаясь сменить тему, продолжал Марат. – На Любаню Костя Лишнев глаз положил. Обхаживает ее. Так что ты аккуратнее, если чего к ней имеешь. А то Костя наш, сам знаешь, долго думать не любит. У него чуть что – сразу: «В ухо дам». И даст. Не только в ухо.

Дима вдруг расхохотался, как сумасшедший.

– Лишнев обхаживает Любаню? – с трудом выдавил он.

– Тише ты! Тише! – быстро оглянувшись по сторонам, шикнул Марат. – Ты, блин, базар фильтруй, парень. Я-то на Костю управу найду, если что. А вот тебе несладко придется. Он тебя и так не любит…

– Не любит?! – уже чуть ли не рыдал со смеху Клоков. – Меня не любит?! А Любаню любит? О-хо-хо!

– Слышь, парень, – разозлился Доценко и ткнул спутника кулаком в солнечное сплетение.

От удара Клоков не устоял на ногах, полетел на мерзлую землю.

– Блин, прости, – протянул руку Марат.

Помог рыжеволосому парню подняться. – Вот черт! Это у меня на автомате, невольно вышло. Прости, Димон!

Но Клоков даже не обратил внимания ни на удар, ни на извинения Доценко.

– Значит, к Любане лыжи подкатывает? – отдышавшись, спросил он. И, видя, что Марат не понимает, добавил: – Опоздал он, Лишнев. Опоздал! Леха-Гестапо уже подкатил свои лыжи туда. Трахает Любаню. По полной программе.

Месть была восхитительной.