Смерть особого назначения

Мелочи решают все: с этой истиной фрины не раз сталкивались в людских мемуарах о спецназе, но сейчас убедились в ней на собственном опыте. Трое суток они накапливали силы на границе человеческого гарнизона на Саванге – на малом корабле незаметно подкрались к планете, а потом десантировались в гигантское болото по одному, используя малошумящие безмоторные планеры, так чтобы не насторожить врага. И вот, когда все было почти готово к началу операции, последний из спецназовцев чуть не подставил отряд: не разобрался в карте местности.

.. или просто не смог правильно сманеврировать... но его большекрылая «птица» пронеслась в опасной близости от гарнизона людей, сиявшего во тьме яркими электрическими огнями.

К счастью, враги даже не предполагали, что неподалеку от их островка благополучия, на окраине гнилого болота, накапливается смерть, которая вскоре отыщет слабое место в обороне и вползет на территорию военного городка. Вползет, утопит в кровавой жиже и казармы, и радары дальнего обнаружения, и батареи кинетических орудий «Вулкан-16».

Те самые батареи, ради которых верховный штаб фринов замыслил диверсионную операцию – в лучших традициях людского спецназа.

...Негромко чавкнула жижа, зашипели пузырьки, тонкой струйкой поднимаясь со дна неглубокой грязевой лужи: спецназовец с последнего планера безмятежным островом, залитым светом ярких прожекторов.

– Вы приказали явиться, командир?

– Будешь наказан за ошибку, – обернувшись в сторону проштрафившегося пилота, тихо произнес лидер спецгруппы.

«Если останешься жив», – мог бы добавить он. Но не добавил. Это и так было ясно каждому. Сколько бы они ни отрабатывали на полигоне захват батарей, доводя все до автоматизма, любой, даже самый малоопытный боец понимал, что без жертв в такой операции не обойдется.

– Да. Разрешите занять место, командир?

Лидер отряда спецназа еще раз посмотрел на провинившегося подчиненного, чуть не сорвавшего операцию по захвату новейших кинетических орудий врага.

– В последний ряд.

Это было худшее наказание из всех. Более явно и недвусмысленно выразить презрение к неловкому бойцу просто невозможно. Лучшие идут в первой группе, это известно каждому.

Огромные неподвижные глаза провинившегося фрина как-то странно блеснули, бледно-зеленая кожа потемнела. Однако солдат не сказал ни слова, безропотно выполнил приказ – исчез где-то позади группы, во тьме.

...