Сундучок бабушки Нины. Сказ третий. Мифы и легенды

– Бегемоша, – тихо прошептал он, с трудом дыша.

Кот, не снимая с морды улыбки, очень быстро освободил собрата.

– Как же тебя угораздило-то? – спросил, спустя мгновение, он.

– Да, понимаешь ли… – начал Абаддон да только договорить не успел.

Раздался ужасный свист и его сердце насквозь пронзили восемь стрел.

Первым, как обычно, появился Арес. Хотя и был от Олимпа очень даже далеко, наблюдая за очередным побоищем. В отличие от справедливой Афины, он любил войну за то, что она война. Дочь Зевса и Метиды (богиня мудрости) всегда выступала за праведность во всём и вся.

Остановив свою колесницу прямо перед дворцом, Арес с любовью посмотрел на коней. Пламя и Ужас были в пене, а Шум и Блеск как будто бы совсем и не устали. Похлопав их по загривку, Бог кровавой бойни налим воды и насыпал овса. Войдя во дворец, Арес с порога мило улыбнулся Гере и слегка кивнул Зевсу. После чего занял своё место, справа от отца, и, скрестив руки на груди, произнёс:

– Слышал я, война намечается. Ну, что же, давайте это и обсудим.

Кто же на этот раз возомнил себя Владыкой всего и вся?

Зевс недолюбливал сына и пропустил его вопрос мимо ушей. А Гера, наоборот, всегда сдувала с Ареса пылинки и с укором посмотрела на мужа. Не дождавшись ответа, Бог кровавой бойни, деланно обидевшись, встал и вышел из дворца.

– Зачем ты так, – укорила громовержца Гера, – мальчик задал тебе совсем не праздный вопрос.

Зевс, ударив кулаком по ручке трона, хотел было уже сказать что-то злобное. Но появившаяся Афина, как всегда, подействовала на него успокаивающе.

Громовержец, увидев любимую дочь, расплылся в улыбке. Гера же надула губы и отвернулась. Она люто ненавидела всех детей Зевса, кроме своих, конечно же.

– Отец! – воскликнула Афина – Опять кто-то угрожает нам?

– Да, дочь моя, – сразу погрустнев, ответил Зевс, – утром ко мне прилетел голубь от Гекаты. Некий Абдукампунаристо, пришелец из Края Ненависти, вознамерился превратить наше трёхмирье в безводную пустыню, уничтожив всё и вся. Эх, и говорил же я Сварогу, давай укрепим Великую Стену Вечности жилами титанов.

Так нет же, он посчитал свои заклятья несокрушимыми.

Следом за Афиной появились Гефест, Артемида, Афродита и Аполлон. Деметра с Гестией передали, что пока не могут явиться на зов Зевса. И самым последним, как всегда, появился вечно недовольный Аид. С презрением посмотрев на собравшихся, он кивнул Аресу, которого любил всем своим чёрным сердцем, и сел слева от старшего брата, даже не улыбнувшись ему.