Каникулы на Аляске

Особенно его поразила картина, когда очередной самолет начинал свой плавный разбег, скользя по глади озера, и медленно отрывался от поверхности воды, уходя в небо.

Наконец, уставшие, но счастливые, отец и сын, перекусив на берегу озера, знаменитыми аляскинскими охотничьими колбасками с обжигающе горячим картофелем фри, устремились по прекрасному, трехполосному хайвэю в сторону Палмера. Дорога вначале пролегала по спокойной равнинной местности, но постепенно вывела путешественников на довольно высокое плато. Встречных машин было мало.

Пейзажи, мелькавшие за окном, восхитили не только юного Майкла, но и видавшего виды, Роберта. Высокоствольные хвойные леса из хемлока и туи, сменялись то горной тундрой, то альпийскими лугами, обрамленными вдоль шоссе зарослями дугласии и ситхинской ели. За всем этим пестрым, ярким и сочным великолепием, то и дело, проглядывали справа завораживающе красивые вершины горной цепи Чугач. Часто из зарослей вылетали небольшие стайки птиц, и задорно закручивали крутые виражи перед самым носом их машины. А однажды, когда придорожный лес расступился, и взору путешественников предстала огромная плоская, покрытая высоченной изумрудной травой, тундра, они увидели, как в сторону гор, плавно махая огромными крыльями, набирая высоту, летели, два белоголовых орла.

– Пап, посмотри скорее сюда! – восторженно воскликнул Майкл. – Я видел таких орлов только на картинках. Я не знал, что орлы водятся далеко на севере. Посмотри, как они набирают высоту!

…Роберт остановил на обочине дороги машину, и они с Майклом вышли на свежий воздух.

– Папа, я и не подозревал, что на Аляске так красиво! Раньше я думал, что здесь одни льды и снега. А тут!.. – Майкл восхищенно обвел руками вокруг.

– Да, сынок, признаться, я и сам не предполагал, что здесь такая красота!

– А ты разве не летал сюда на военных самолетах?

– Нет, Майкл. Я побывал во многих местах, но на Аляске впервые.

– О, пап, давно хотел у тебя спросить, но так и не успел, а почему ты решил уйти из военной авиации? Когда мама мне об этом сказала, то я не мог поверить! – При этом выражение лица мальчика стало таким удрученным, что сердце Роберта невольно сжалось, и он подошел совсем близко к сыну и взял его руки в свои.

– Видишь ли, сынок… Врачи нашли у меня какие-то отклонения в работе сердца, и запретили на неопределенное время садиться за штурвал. Я тогда очень расстроился, и написал рапорт на увольнение. Мне предложили служить на земле, но я не согласился и ушел.