Горизонталь

Свежий воздух. До карьеров рукой подать. Лес опять же.

– Вы внученьку Алисой назовете? – несказанно обрадовалась Софья Федоровна, пропустив половину высказываний зятя мимо ушей.

– Так, с темы-то не съезжайте! – буравил взглядом будущего мужа своей дочери Новиков.

– Какой ты черствый, Вить!

– Решено, после свадьбы к мужу, дочь!

– Па-а-а-а-апа! – заревела Вика, а затем в нее вселился дьявол, разгоняющий такую истерику, вылившуюся в вопли, гормональные рыдания и закончившуюся сжиганием мостов кровных уз.

 – Если так, то я тебе больше не дочь! Сегодня же съезжаю. Да, Саш?

– Ну да! – равнодушно ответил Кольцов. – Не на улице ж тебе ночевать с нашей Алиской.

Вика показушно встала и пошла собирать вещи.

– Витя! Нам надо поговорить! – настрой дочери передался и матери.

– Потом, Софа, потом!

– Так, Новиков, на кухню! Прямо сейчас! – Софья Федоровна резким движением пальца отправила свои маленькие круглые очечки с края носа к его основанию.

– А баба-то с яйцами! – подумал Санёчек и еле удержался от того, чтоб не рассмеяться.

На кухне разразились гром и молния. На стороне хрупкой и утонченной женщины в тот миг были Зевс, Юпитер, Тор, Индра, Перун, Таранис и прочие божественные повелители небесного электричества. Гремели ложки и вилки, падающие на пол, следом летела посуда, звонко бьющаяся о стену. Санёчек остался совершенно один за праздничным столом. Налил себе коньячку. Огляделся.

– А ничего хоромы-то! Но этот… папаня… Лучше уж у нас! А там мать пилит, – гонял в себе мысли он, налил еще и выпил.

 – Уж лучше мать, чем этот. Мать как-то попривычнее, да и полномочия у нее есть. Она ж рожала. А этот кто? Чужой человек. Да и теща ни разу не ангелок, как казалось! Как там в умных книжках пишут: «Хочешь посмотреть на жену в старости – посмотри на тещу!» А надо оно мне? Вопро-о-о-о-ос!

Санёчек осушил полбутылки, прежде чем люди стали возвращаться в зал, но ему уже было так плевать на это реалити-шоу. А происходило следующее: сначала с сумкой вошла Виктория, объявив, что готова к переезду, затем и старшее поколение Новиковых, которое единогласно сообщило о провозглашении независимости комнаты их дочери и переходе под знамена Кольцовых.

Главенствующему лорду этого дома пришлось приложить немало усилий, чтобы выдавить сие из себя.

– Бежать надо было еще тогда! – будущий женишок вернулся из воспоминаний в настоящее. – Или вообще не слушать Гуська с его дурацкими советами, которые вечно ничего хорошего не сулят.