Предание о Тору

Чудовищный пес громко сопел и рвался вперед изо всех сил, проскальзывая лапами по полу. Три оскаленные рычащие морды явно жаждали сожрать все живое, что видят перед собой.

– Непрошеные гости! – прорычал гурмалак, продолжая ухмыляться. Быстро наклонившись к ошейнику цербера, он отстегнул цепь:

– Взять их!

Трехглавый пес бросился на парня с девушкой, и они побежали от него изо всех сил. За колдуньей размашистым шлейфом по полу волочилась ее мантия, в которую, догнав за несколько прыжков, и вцепился цербер всеми тремя пастями.

Эльфийка, вскрикнув, опрокинулась на спину. Трехглавый пес потащил ее к себе. Девушка отчаянно сопротивлялась, но ей не за что было ухватиться, ладони скользили по полу… Гурмалак, уперев чудовищные руки в бока, раскатисто захохотал.

Тору, оглянувшись на вскрик и хохот, развернулся и бросился к эльфийке на помощь. Схватившись за край раздираемого плаща, он принялся тянуть его на себя. Дева вскользь кинула на воина удивленно-благодарный взгляд.

Цербер, громко рыча и фыркая, мотнул всеми своими головами с такой силой, что парень не удержался на ногах, но плащ не выпустил.

Раздался треск рвущейся ткани.

– Тяни сильнее! – вскрикнул юноша. Вместе с эльфийкой они что есть силы рванули ткань на себя, треск стал сильнее, и плащ разорвался. Цербер яростно замотал головами, жуя клок материи, а парень во все горло закричал:

– Прыгаем в окно! Быстрее!

Каким бы безумием это ни выглядело, другого выхода у молодых людей не было. С разбегу они выпрыгнули в распахнутое окно – как будто в самое небо.

В это мгновение Тору оно показалось необычайно синим и чистым. Мелькнули просторы каменной пустыни Хаджи, расстилающиеся до горизонта… Он услышал крик девушки и понял, что кричит сам. Эльфийка летела вниз, рваная красная мантия вилась и билась над ней, как пламя.

Падение казалось нескончаемо долгим. Они влетели в клубящийся у подножия башни туман, как в облако…

Ров

Свободное падение воина и волшебницы прервал вовсе не удар об землю.

Молодых людей хорошенько тряхнуло, потом подбросило, как на пружине, и так они, повиснув в воздухе, закачались вверх-вниз.

Их спасли широкие паучьи сети, натянутые между высоченными голыми стволами. На дне рва, скрытый туманом, будто бы рос гигантский лес, только без веток и листьев. «Да это же колья! Гигантские колья!» – в смятении вспомнил Тору.

Паутина, не давшая разбиться, оказалась на редкость прочной и липкой. Она сковывала любые движения.