Мегаполис

И всё оставшееся время мы пытались преодолеть этот… Барьер, чтобы наладить контакт с вашим миром. Но, как ты знаешь, он очень коварен, многие не смогли вернуться, потому что не нашли дорогу. Другие вскоре умерли, отравившись внутри, пропитавшись непонятным до сегодняшнего дня излучением.

–Постойте, выходит, что я тоже отравлен? – меня пробила дрожь и на лбу выступила испарина. Только сейчас я понял, что руки больше не скованные и утёрся тыльной стороной ладони.

–Сочувствую, но это так. Полностью лечить это мы так и не научились.

Но наши лекари могут замедлять губительные процессы. Пока ты был без сознания, мы ввели тебе необходимые лекарства, но, увы, это лишь отсрочит твою смерть.

Это заявление прозвучало как-то обыденно не только потому, что в голосе существа в балахоне читалось безразличие, но и потому, что я готовился к чему-то подобному.

–А мой брат?

–Когда нам, в своих экспедициях, удаётся спасти кого-нибудь, мы принимаем все меры по их безопасной транспортировке.

–Спасение? То есть силовой захват вы называете спасением? Вы проникаете в наш мир, убиваете солдат, берёте пленных и называете это спасением? – я негодовал.

Всё услышанное никак не укладывалось в голове. В сказанном было много воды, а сути, позволившей бы разобраться в происходящем, практически не было. – Я не понимаю! Вы что-то не договариваете. Для чего мы вам нужны? От чего вы нас спасаете?

–Я понимаю твоё негодование. Ведь между нами лежит вековой мост недопонимания. Это обусловлено и тем, что вы не готовы нас принимать! Мы знаем, что вы считаете нас монстрами из подземного мира и поэтому боитесь.

–Но вы не сделали ничего, что могло бы изменить ситуацию. Не оставляли посланий. Не пытались поговорить, ведь у нашего прошлого общий язык!

Незнакомец издал похожий на смех звук.

–Да, ты умён и образован! Признаюсь, у меня впервые такой спор. В основном твои сограждане сходят с ума, впадают в припадки, становятся агрессивными или убивают себя сами. Хорошо! Я попытаюсь объясниться, но для этого предлагаю прогуляться.

Магистр сделал приглашающий жест рукой в сторону стены, из которой бил яркий свет, сразу исчезнувший, после того как я встал с мягкого кресла, в котором сидел всё это время. Оказалось, что в этой стене был дверной проём, вокруг которого всё было усыпано стеклянными пузырями. Наверняка это было подобие знакомых мне электрических лампочек. Я проследовал в указанном направлении, покидая комнату, в которой состоялся наш разговор.