Деревянные маски Хель

Когда твоя работа закончится, я отдам её тебе в качестве благодарности, поверх той оплаты, которую я озвучил.

– Очень заманчиво, но нет. Мне даром не нужна лодка моего отца предателя. Ты же знаешь, почему я Илва Бесславная?

– Знаю.

– Вот именно потому я более никогда не ступлю на Варяжьи тропы!

– Я знаю, как найти твоего отца, память о котором ты так старательно хоронишь.

– О, ты лукавишь, странный чужеземец! Мой предатель отец мёртв! Более того, я сама видела, как отлетела его голова от его бесполезного тела!

– Не всё то, что мы видим – является правдой! И не всё то, что мы знаем – является истиной! Откажись и ты не потеряешь ничего.

Я даже не стану требовать оплату долга. Но отказываясь ты и не обретёшь истину, в которой нуждаешься, ведь она – есть часть твоего предназначения!

– Складные речи! Недавно ты говорил мне, что тебе нужна я! Теперь же ты сплёл всё так, чтобы я думала, что мне нужен ты!

– От тебя сложно что- то скрыть. Я впечатлён. Да, так и есть! – Алим улыбнулся во весь рот, сверкнув безукоризненно белыми зубами, что на фоне смуглой кожи очень контрастировало.

 – Мы пригодимся друг- другу. Ты славный воин, знаешь языки и нравы Руссов. А я могу показать тебе истину, отбелить твою запятнанную честь!

– Сражаться за абстрактные ценности? Ты за дуру меня держишь? – ухмыльнулась Илва.

– И за золото.

– И за золото…а ты знаешь, как заманить викинга в свои ядовитые сети!

– И ты не так глупа! Решай: идти на встречу судьбе или сгнить здесь без славы, уважения и денег? Ищи меня в Кольтенхейме, в морской мастерской, когда сойдут льды и путь освободится.

 – Алим поднялся и направился к выходу.

– Ищи кого- нибудь другого, охотник за легендами! – крикнула дева в след уходящему страннику.

– То, что мучает тебя в ночных кошмарах, отнюдь не легенды! На тебе печать, дитя! Одна ты её не снимешь! – бросив это, странник распахнул дверь, впуская в таверну леденящий ветер с каплями дождя и скрылся в тёмном проёме.

– Вот наглец! Он специально это сказал, уходя!

Илва недолго просидела в оцепенении, переваривая последнюю брошенную чужеземцем фразу, затем вскочила с лавки и бросилась ему в след.

Но на улице уже никого не было, лишь тьма, холодный завывающий ветер и безлюдный городок, одиноко стоящий на старом торговом пути.

Глава2

Ничего в своей жизни Илва не боялась так, как своего отца. Вебьёрн был жесток и суров, даже к своей единственной дочери, ведь он считал её проклятием и концом своего рода.