Княжий род. Наследник

За это время наши косточки вороны растаскивать начнут.

– Я помирать не собираюсь. Думаю, разобьём мы хана, непременно разобьём, – ободряюще произнёс я.

Еремей Житин внимательно посмотрел на меня, но ничего не сказал. В его глазах я выглядел юношей, не знающим настоящих битв. Вернувшись к своим, обнаружил готовые навесы. Больше того стрельцы, глядя на нас тоже начали делать такую же защиту. Устал я за день чудовищно, так что уснул сразу, как только лёг. Проснулся, как только Потап коснулся меня. Он действует, как нянька, постоянно где-то рядом, но меня не напрягает, пока по крайней мере.

Я прислушался к своим внутренним ощущениям. Такого мандража, как в первый день, нет. Даже какая-то решительность появилась. На рассвете в лагере русских началось движение. Со стороны реки татары не смогут обойти засеку, там берега высокие, а вот с другой стороны через лес, вполне могут зайти во фланг. Воевода Шереметьев это учёл, поставив туда детей боярских из поместного войска.

Как взошло солнце татары пришли в движение, но не понеслись лавой на позицию русских, а остановились на дистанции выстрела из лука.

Когда стрелы посыпались на нас, я по достоинству оценил вчерашнюю предусмотрительность с навесами. Стрелы даже не пробивали наше укрепление. В паузах я вставал и успевал метнуть пару-тройку стрел в ответ. Вокруг нас земля была утыкана стрелами, как спина ёжика иголками. С нашей стороны не все стрельцы сделали навесы и сейчас раздавались крики раненых. Я сидел под навесом и с тоской думал, что мне бы сейчас не помешал миномёт или крупнокалиберный пулемёт. Вот только взять это чудо военной промышленности негде. Обстрел с татарской стороны продолжался. Сидя под навесом, мы пережидали, а мне в голову лезли глупые мысли. Например, сборщики металлолома смогут хорошо заработать, если поковыряются на этом поле. Железо в этом времени дорогой товар. Но татары всё же решились на атаку. Надеюсь, у них закончился запас стрел. Разогнаться лавой у них сегодня не получится, поле усыпано трупами людей и лошадей. Слава богу, что они ещё не протухли, а то получится газовая атака на наши редуты, если ветерок в нашу сторону подует. Ряды стрельцов начали обстрел, как и вчера. Залп! Вновь стоны раненых и лошадей. Вне всякого сомнения, раненая лошадь издаёт очень неприятный звук, скорее даже жалобный. Второй залп! Когда мы стали стрелять со своего места, стрельцы дали третий залп. Я и мои холопы находились на фланге, но не со стороны реки, а со стороны леса.