Повести и рассказы. Том первый

Оля с балкона опять кричала: «Браво!» Хлопала в ладошки и опять делала вид, что запустит в меня этот горшок со столетником:

– Виталик, лови!

Незнакомка, оглянувшись на балкон, опять мило заулыбалась и тоже захлопала в ладошки. И всё также держа головку, слегка склонив её вправо, спросила:

– Ты уже даже успел полюбить? Но ты же ещё так молод, совсем ещё мальчик! И как же давно была эта твоя любовь? И часто тебе снятся такие грустные сны?

Голосок её лился, как ручеёк: серебристый, чистый и прозрачный.

Через лёгкую иронию в её приятном голосе я услышал и какую-то грусть, едва уловимую. Будто расстроило её что-то. Может мне и показалось тогда. А незнакомка улыбалась и продолжала:

– Ты молодец! Где так научился играть? Ты в музыкалку ходишь?

А я словно язык проглотил. В горле ком. Толян опять ткнул меня локтем в бок:

– Отвечай, тебя спрашивают.

– Сам научился, – ответил я, еле скрывая недовольство, что меня мальчиком окрестили в присутствии моих крутых друзей.

– Я присоединяюсь к этой девочке на балконе. Правда, браво! Молодец! – незнакомка будто хотела подойти ко мне поближе.

Она, сделав шаг навстречу, остановилась, зачем-то ещё раз оглянулась в сторону Оли. Опять, заглядывая мне в глаза, похлопала в ладошки, опять мило улыбнулась и ушла в мой подъезд.

Взгляда её я немного испугался. Уж очень он был пронзительный и колкий. Но её улыбка вернула мне самообладание.

Оля до самого входа незнакомки в подъезд сопровождала её оценивающим взглядом.

Толян засуетился:

– Это кто? Олька, ты знаешь эту фифу?

Но никто не знал!

Сидели до поздней ночи. Толян принёс из сарая ещё бутылку портвейна.

Светило наше переживало период летнего солнцестояния – солнцеворот. Было уже поздно, а темнота только начала окутывать двор. Совсем перестали различаться цвета. С Толяном и ещё двумя дружками допили портвейн. И разошлись по домам.

Дома никого. Тишина. Бабушка караулит свою булочную.

Я засыпал, а перед глазами стояла таинственная незнакомка. Красивая! У неё такая милая и добрая улыбка. И очень пронзительный взгляд, немного пугающий. Какая она красавица! Я никогда ещё не видел таких красивых девушек.

– Молодец…. Тебе снятся такие грустные сны? Ты же ещё так молод! Ещё мальчик, – где-то внутри меня журчал, будто ручеёк, голосок незнакомки.