Тайна тихой реки

Есть и темные. Там вон слева на окраине села есть еще Ватажка, деревня за мостом через речку. Вот недалеко от моста бабка-затворница живет. Она из хаты вообще не выходит. А только все в окошко глядит недобро так. Кровь в жилах стынет, как взглядами с ней, не дай боже, встретишься. Под судом вот теперь оказалась каким-то делом.

Паромщик прекратил рассказ и перекрестился.

– Какими судьбами-то к нам нелегкая занесла? Ехал бы ты отсюда, – сказал он, закуривая сигарету.

– Вот, видимо, по ее душу-то и приехал, – ответил Архангельский, скрестив руки на груди.

Паромщик насторожился и неодобрительно покачал головой:

– Не, не знамо. Это тебе лучше будет спросить вон у Аркадия Степановича Котова. Бывший глава сельсовета. Теперь уж на пенсии давно, но все дела тут знает. Он у школы живет.

Максим попытался вспомнить эту фамилию среди свидетелей по делу, но архивы памяти ответили отсутствием информации.

– А я стараюсь в эту чертовщину не лезть, – продолжил паромщик после паузы.

– Дернул.

– Черт знает что! Всякий раз сам хожу, смотрю, всех переспрашиваю – машинки надежно стоят вроде. А, нет! Скатывались уже сколько в воду. Вода тут страшная. Тот месяц причалил, а крайний «жигуль» – раз – и покатился назад. И водитель на месте был, и пассажиров две женщины сидели, и хоть бы хны. Плюхнулись и в минуту под воду ушли. Чертовщина какая-то… Так и не выбрались.

– Скверно. Ладно, я пойду. Спасибо! – С этими словами Архангельский пожал руку паромщику, вспомнив Харона, перевозчика душ умерших через реку Стикс в древнегреческой мифологии. Сев в машину, он дождался, пока судно причалило к берегу и опустило аппарель [1 - Аппарельное устройство – подъемно-опускающий механизм в носовой и хвостовой частях парома, посредством которого осуществляется въезд и выезд с судна на берег.], после чего предельно осторожно, держа в голове историю паромщика, начал движение к выезду.

Съехав на берег, Максим посмотрел в навигатор и повел автомобиль по грунтовой дороге узкой улицы в направлении здания сельской администрации, или, как по старой памяти принято говорить за чертой города, сельсовета, где должно проходить судебное заседание.

Администрация располагалась на вершине холма и представляла собой отдельно стоящее здание довольно больших размеров.