Всё о мореплаваниях Солнышкина

Он провалился бы от стыда, если бы кто-нибудь нашёл на палубе хоть одно пятнышко. Это заявление его поразило. Но Плавали-Знаем угрюмо объяснил:

– Дрянной вид, бодрости не хватает. И носом оно смотрит как-то вниз. Выпрямить его, перетащить всё оборудование на корму!

Бурун хотел возразить, но капитан отмахнулся:

– Плавали – знаем!

И бывалый боцман объявил аврал. В пять минут вся команда была на ногах, словно её подняли в атаку, и тащила с носа на корму боцманское хозяйство. Солнышкин и Федькин тянули тросы.

Кок Борщик, как свинью за хвост, тащил за верёвку бочку. Артельщик, громыхая сапогами, гудел: «Вот это работа!» – и одним глазом посматривал, долетают ли его слова до капитана. На палубе всё кипело, и только радист Перчиков сердито заявил боцману, что не собирается потакать ничьим дурацким выдумкам.

За каких-то полчаса корма превратилась в настоящую баррикаду и грузно осела в воду. Зато нос задрался вверх, как ствол пушки.

– Ну как? – крикнул боцман, повернувшись к рулевой рубке.

– Так, так! – подбодрил Плавали-Знаем.

 – Ещё немного, и будет полный порядок!

Ещё через полчаса Плавали-Знаем взмахнул рукой и произнёс:

– Теперь – что надо! Не пароход, а космическая ракета!

Он поправил фуражку и, выйдя на капитанский мостик, гордо расправил плечи. Правда, со встречных пароходов стали поступать запросы, не нужна ли ему помощь: ведь все знают, что, когда судно слишком задирает нос, оно начинает тонуть. Но Плавали-Знаем не обращал на это никакого внимания. Единственное, что ему теперь мешало, – это дым, от которого пощипывало язык.

Плавали-Знаем позвонил в машинное отделение, но машинисты ответили, что ничего не могут поделать. Тогда он сверкнул глазами и крикнул:

– Боцман, ко мне!

Бурун взлетел на мостик, утираясь рукавом куртки.

– Ликвидировать дым! – показал пальцем Плавали-Знаем на трубу.

– Как? – выкатил глаза старый боцман. Таких приказаний ему слышать не приходилось.

– Мешком. А лучше – брезентом, – поразмыслив, заметил капитан. – Солнышкина туда.

И Федькина тоже, с брезентом. Пускай половят дым.

– Не положено! На ходу парохода не положено! – взмолился боцман.

– Плавали – знаем! На пользу обществу всё положено.

– Так они ведь изжарятся и прокоптятся! – в отчаянии крикнул Бурун.

– На пользу обществу! – сказал Плавали-Знаем и кивком дал понять, что разговор окончен.

Боцман и Федькин ругались самыми страшными словами. Сочувствующие подавали советы, но Солнышкину эта затея понравилась.