Всё о мореплаваниях Солнышкина

 – Отлично! – И приготовил аппарат, но Плавали-Знаем неожиданно дёрнулся и прошипел Солнышкину:

– Вы что, и здесь не можете без фокусов!

Ящик ударил его в бок.

Но Солнышкин только пожал плечами. Он был ни при чём. Его самого подбросило вверх.

– Не волноваться! – весело крикнул Репортажик. – Это как раз то, что нам нужно. Начинается лёгкое извержение. Соски на изготовку.

Но тут так тряхнуло, что он сам очутился у оленя на рогах. Внизу громко закричали птицы. Плавали-Знаем от толчка сунул соску младенцу в лоб.

– Отлично! – крикнул он. – Отлично! Ещё раз!

Из кратера вулкана со свистом вырвались камни.

Плавали-Знаем бросился вниз, няньки за ним, а сзади, прикрываясь ящиком, бежал Солнышкин. Сбоку, болтаясь на рогах у оленя, скакал Репортажик и, хватая то один, то другой аппарат, щёлкал на ходу.

Камни барабанили по его спине, но он весело покрикивал:

– Замечательно! Чудесный сюжет!

А сзади, словно содрогаясь от хохота, вулкан всё выбрасывал из жерла камни.

Плавали-Знаем и Солнышкин влетели на пароход, где их давно ждали.

– Полный вперёд! – скомандовал Плавали-Знаем. – Полный вперёд!

А Солнышкин ещё раз оглянулся на вулкан и вздохнул. Конечно, если бы не Перчиков, он бежал бы назад, к вулкану!

Новое назначение артельщика Стёпки

Едва пароход вышел из бухты, на палубе появился доктор Челкашкин.

– Ребята, всем собраться у камбуза, – сказал он шёпотом.

– Есть собраться у камбуза! – подмигнули Солнышкин и Борщик.

И никто не заметил, как сзади, оттопырив ухо, к разговору прислушивался артельщик. Он тут же скрылся и побежал в каюту Плавали-Знаем.

Плавали-Знаем спросил:

– В чём дело?

– Заговор! – выпалил артельщик, вытирая лоб.

– Какой заговор?

– Тсс… – приложил палец к губам артельщик.

И он выложил всё, что услышал на палубе.

– Я пойду туда сам, – сказал Плавали-Знаем.

– Но тогда они не будут ничего говорить.

– Верно, – сказал Плавали-Знаем. И хлопнул рукой по столу. – Ты должен всё подслушать.

– Но они меня туда не пустят, – сказал артельщик.

– Спрячься.

– Это идея! Это я могу. В канатный ящик.

Он засиял от собственной выдумки и на цыпочках побежал к камбузу. Там ещё никого не было. Стёпка, кряхтя, втиснулся в большой сундук для канатов, поудобнее улёгся, придвинул нос к маленькой дырочке в крышке и приготовился слушать.