Приключения рыцаря из Милана

Ему было не больше тридцати лет. Среднего роста, правильные черты лица, тонкие волевые губы, серые глаза, короткие черные волосы, телосложение крепкое, плечи широкие, а руки – мускулистые. Не знаю, к чему такие руки более привычны – к фехтованию мечом или к гарроте, – но уж точно не к письменным принадлежностям.

В общем, впечатление о новом слуге Бертрана у меня сразу сложилось, как о бывалом малом, много повидавшем на своём веку. В дальнейшем это мнение только подтвердилось.

Джованни уважительно поклонился мне, а затем спросил у своего хозяина:

– Когда выезжаем?

Мы с маркизом переглянулись.

Я пожал плечами, так как пока не мог ответить на это вопрос.

– Скоро. Через пару дней. Приготовь всё, что нам может понадобиться. А пока можешь идти.

Мы опять остались с маркизом вдвоем. Его слуга удалился также тихо и незаметно, как и появился.

* * *

К себе на квартиру я вернулся, когда еще не было compieta[32 - Compieta – повечерие, церковная служба после ужина, соответствует 9 часам вечера.

]. Только минут через тридцать, когда я уже разделся, умылся и прилег на кровать, колокола церквей пробили повечерие. Луиза меня встретила с радостной улыбкой, и попробовала накормить ужином. От ужина, но не от улыбки, я отказался, так как поел на вилле у маркиза.

– Джакопо опять нет дома, несносный мальчишка. Что у него в голове, непонятно, – пожаловалась моя хозяйка.

– Наверное, у него в голове любовь, – предположил я, и Луиза задумалась над моими словами.

Мы с маркизом решили выехать в Венецию послезавтра, посвятив завтрашний день сборам.

Лично мне много времени на сборы не требовалось – я мог ехать немедленно, но Бертран должен был сообщить кое-кому из своих знакомых и родственников о своем отъезде. Подозреваю, что большую часть завтрашнего дня он проведет в обществе Беатриче делла Ворча, что, собственно, вполне понятно и объяснимо.

Наш путь должен был пройти через Рим. В Вечном городе мы сделаем короткую остановку, чтобы нанять карету и немного запутать, на всякий случай, следы.

Я вначале хотел сразу ехать в Венецию, но маркиз меня отговорил, сказав, что нам следует быть очень острожными. Действительно, в подобных делах не лишняя никакая предосторожность.

В этом путешествии мы решили по понятным причинам назваться чужими, вымышленными именами. Как-то не очень хотелось, чтобы нас нашли наемные убийцы, отправленные разгневанным семейством венецианского патриция. Если, конечно, у меня получится убить его в поединке.