Пять звезд капитана Ибрагимова. Том I

– Они просят вывести на экран… – раздался голос связиста, когда все только отходили от шока нападения.

Старпом кивнул в ответ.

На мониторе показался рослый человек с закрытым маской лицом. Остальные его характеристики – внешность, форма, даже голос – сильно искажались излучением звезды. Сложно было разглядеть хоть что-нибудь. Впрочем, на «Мираже» уже знали, что имеют дело с каракарцами.

– Здравствуйте, экипаж славного крейсера землян! – произнес каракарец хриплым от искажений голосом. – Преор-прециат заинтересован в вашем маршевом двигателе и готов отпустить вас, если вы дадите нам возможность забрать его.

Мы готовы…

Сигнал пропал, но говоривший, очевидно, зафиксировал, что на крейсере его услышали.

Джемисон стиснул зубы и изо всех сил пнул стойку навигации. Они угодили в ловушку. Противник посылал из туманности истребители, чтобы заманить в туманность корабль, укомплектованный маршевым двигателем. Разумеется, такую сложную аппаратуру как протонный расщипитель нельзя сразу установить на любой из каракарских кораблей, но это вопрос технический и, что важнее, вопрос времени.

Двигатель, плавающий в открытом космосе, неожиданно оказался в тени. Ибрагимов жестом велел сенсорикам развернуть камеру обзора на девяносто градусов. Так и есть: Моро-IV закрыл собой огромный, раза в четыре больше «Миража», каракарский тяжелый дредноут.

– Прошу, вы, жалкие эволюционные отрыжки, – воскликнул Ибрагимов, – это тяжелый каракарский дредноут проекта 76 361, класса «Дриада». Вооружен легкими противоспутниковыми ракетами «Пламя», противокорабельными ракетами «Триакра», ракетами «орбита-земля» типа «Гаситель звезд», оружием массового поражения, пятью спаренными лучеметами, тяжелой нейтронной турелью, трехствольным бластером на разогнанных фотонах для уничтожения орбитальных станций, имплозивными бомбами, минами.

Но все это полная ерунда по сравнению с тем, что в их команде есть бортовой телепат!

Тут он достал из внутреннего кармана кителя то, что еще в каюте прятал за спиной – бутылку крепчайшего коньяка из тех, что были на борту.

Не стесняясь никого, открыл зубами пробку и сделал три больших глотка, после чего развернулся и вышел из рубки, оставив команду пораженно смотреть на шедевр каракарской военной инженерной мысли.

– Куда он намылился? – выпалил Джемисон.

Связист сразу загрузил связь с палубой, где находился капитан. Тот шел, держась рукой за стенку. Алкоголь уже дал о себе знать.

– Что нам теперь делать?! – крикнул Ибрагимову старпом.