Мир, где приносят в жертву планеты

 – Пошутили и хватит…

Джуд не знала, почему из раскрасневшихся, возбужденных лиц запомнила лицо Йоны Келлера. Молодой музыкант, приглашенный Феликсом Денсмором, сидел на подоконнике и курил, не принимая участия в нетрезвых дебатах. Средней комплекции, среднего роста, средней внешности. Джуд не замечала его прежде, да и сегодня бы не заметила, если бы не это его спокойствие.

– Признайся, – сказала Джуд, подходя к нему, – Феликс уже сказал тебе, что это розыгрыш?

– Что? – Келлер поднял на нее нетрезвые глаза.

– Брось! Все взволнованы здесь, кроме тебя.

Скажи, когда Феликс задумал этот розыгрыш?

– Ты говоришь о том, что показали по телевизору?

– Ну конечно.

– Тогда это не розыгрыш. – Келлер жадно затянулся сигаретой.

Джуд смотрела ему в глаза, пытаясь отыскать хоть что-то, способное выявить в нем лжеца, но либо он был хорошим актером, либо говорил правду.

– Откуда ты знаешь, что это не розыгрыш Феликса? – спросила Джуд.

– Думаю, он бы уже признался, если бы это был розыгрыш. – Еще одна жадная затяжка.

 – К тому же посмотри на него. Он напуган не меньше вас.

Джуд долго разглядывала Феликса, затем решила, что Келлер прав, и тихо выругалась. Она села рядом с музыкантом и попросила у него сигарету. Ночь за открытым окном была тихой и светлой.

– Думаешь, мы все умрем? – спросила Джуд.

– Правительство обещает забрать почти всех.

– И ты в это веришь?

– Не знаю… Почему бы и нет? Атараксики обещают помочь. Кажется, именно они нашли для нас планету.

– Мне не нравятся атараксики.

Они как камни. Никаких чувств.

– Поэтому они здесь. Хотят понять, сравнить себя и нас. Что-то исправить.

– Ничего они не исправят, – Джуд тяжело вздохнула и посмотрела на друзей, которые продолжали прессовать Феликса, заставляя признаться в розыгрыше.

– Чертовы придурки! – улыбаясь сказала Джуд.

– Почему бы тебе не вступиться за своего парня? – предложил Келлер.

– Он не мой парень. К тому же… – она пытливо, по-юношески игриво заглянула своему новому знакомому в глаза.

 – Почему бы тебе не заступиться за своего друга?

– Он не мой друг.

– Нет? Я думала, это он пригласил тебя.

– Мой отец работал на его семью. Мы были с Феликсом знакомы с детства. Но мы не друзья. Не можем быть друзьями.

– Теперь понимаю, почему ты держишься обособленно.

– Нет. Не понимаешь. Даже Феликс не понимает. Притворяется, что понимает, но между нами всегда будет пропасть.

– Он режиссер, ты музыкант, я актриса, – Джуд перестала улыбаться.