Суккубус

Такие разные и такие одинаковые, черт бы их побрал! Они пахнут ванилью днем и потом ночью. Умные или глупые, стоит оказаться с ними в постели, и все они шепчут одно и то же. Даже их движения. Словно все они выпускницы одной школы женщин.

– У тебя есть имя? – спросил Дэнни заскучавшего негритенка.

– Нет, сеньор. Мадам Себила говорит, что слугам не нужны имена.

Дэнни пожал плечами.

– А твой отец, как он называл тебя?

– Соплей, сеньор. Но это имя мне не нравится, сеньор.

– Ладно, – Дэнни закурил.

 – Скажи мне вот что, мальчишка. То, что я видел сегодня в доме… Часто такое здесь происходит?

– Не могу знать, сеньор.

– Разве мы не друзья?

– Друзья, но…

– Та женщина, которую я привез – Ив, она была здесь прежде?

Негритенок тяжело вздохнул.

– Была, сеньор. Но умоляю вас, если мадам узнает…

– Не узнает. Кто привозил ее?

– Мужчина, сеньор.

– Он ждал ее в машине или же уходил вместе с ней?

– В машине, сеньор.

– И часто ты их здесь видел, мальчишка?

– Я не умею считать, сеньор.

Дэнни кивнул.

– А водитель? Как он выглядел?

– Высокий и белый, сеньор.

– В моем мире все белые, мальчишка!

– Простите, сеньор, но я никогда не выхожу дальше владений этого дома, сеньор.

– А этот водитель… Он что-нибудь рассказывал тебе?

– Нет, сеньор. Я не нравился ему, сеньор.

***

Дэнни уснул, и ему приснилось, что его белокурая жена родила негритенка. Они шли по улице, и люди смеялись над ними. Их белые дети дудели в клоунские трубы и бренчали в бубны.

А потом Дэнни посмотрел на свои руки и увидел, что они черны, как ночь. Он закатал рукава, разорвал на груди рубашку. Как это? Что это? Он не понимая смотрел на жену. В голубых глазах Марджи отражалось солнце. Она качала коляску и что-то напевала лежавшему в ней негритенку, делая вид, что не слышит Дэнни. Никто не слышал его. Мир стал нереальным. Или это он утратил свою реальность в этом мире?

Дэнни увидел свой дом – крохотную коробку зеленого цвета с белым декоративным забором.

Он дернул калитку так сильно, что она слетела с петель. Вбежал в дом. Отыскал зеркало. Черное лицо с пухлыми губами и широким носом смотрело на него большими напуганными глазами. Нет! Это не он! Дэнни закричал, и губы на черной физиономии повторили его слова. Как же так? Когда же?

Дэнни схватил руками свои жесткие кучерявые волосы, пытаясь вырвать их с корнем. Он тянул и тянул до тех пор, пока кожа на голове не лопнула.