Сейчас и больше никогда

Мы победили Гитлера! Мы победили фашизм. Наши отцы и матери работали, чтобы создать такое государство!..»

Офицер «Вымпела» подошел к Руцкому и отдал честь:

– Товарищ генерал, полковник Проценко явился с заданием вывести вас из Дома Советов.

– Какие гарантии, что мы останемся живы ? – спросил Руцкой.

– Слово офицера-афганца.

– Вы в турецкое посольство нас увезете? – спросил Руцкой.

– Нет, – ответил полковник.

Перед тем как под конвоем выйти из Белого дома, Руцкой обратился к окружающим:

– Они могут пойти на все.

Скажите, что вы видели нас, что мы не застрелились, чтобы наши трупы потом выдали родственникам.

Обращаясь к полковнику Проценко, Руцкой добавил:

– Полковник! Вы можете увезти нас в турецкое посольство?

Хасбулатов:

– Какое тебе тут может быть турецкое посольство?!

…К ночи 4 октября трупы убитых, собранные перед Белым домом, сложили в штабель, который достиг около двух метров в высоту и нескольких метров в ширину, и накрыли полиэтиленовой пленкой.

Пожар на пятнадцатом этаже в районе маршевых лестниц отрезал все пути спасения и обрек людей на долгую и мучительную смерть. Последние пять этажей выгорели дотла со всеми своими обитателями…»

    www.user.commsol.ru

Автобус, битком набитый офицерами запаса, в котором ехал Дмитрий, проплутав переулками, неожиданно вновь выехал на Тверскую и, свернув на улицу Станкевича, остановился на задворках Моссовета. Тут Дмитрий и просидел всю ночь, греясь у костра. Было странно видеть на ночной улице толпы веселого гуляющего народа, хотя говорили, что совсем недалеко отсюда, у здания ТАСС, шла перестрелка.

На улице же Станкевича было тихо. Глядя на оранжевые языки костра, на искры, уносившиеся в холодное осеннее небо, Дмитрий думал о мимолетной удивительной встрече с той девочкой из его полудетских грез. И эта случайная встреча, и тревожные отблески костров на стенах Моссовета, и лихорадочное народное гуляние по всей ширине Тверской улицы, и далекий глухой стук пулемета у здания ТАСС – все было странно связано между собой.

Ему показалось, что в такую ненормальную ночь только и можно встретиться со своими забытыми детскими снами.

Где-то в середине ночи, ближе к рассвету, пронесся тревожным ветерком слух, будто со стороны Белого дома к Тверской пробиваются вооруженные группы, человек по десять, и что сейчас начнется раздача оружия. В окружении трех автоматчиков по улице быстро прошел взволнованный Чубайс.