Фенимор. Смертельная схватка

Фенимор. Смертельная схватка

Светлана Ивановна Балабанова

Виталий Викторович Киреев

Может ли быть что-то страшнее землетрясения в десять баллов? Может ли быть что-то ужасней непредсказуемой смены дня и ночи? Может ли быть что-то кошмарнее обжигающего зноя, резко сменяющегося на ледяной буран? Да, может. Куда страшнее потерять в этой жуткой круговерти родных. И теперь, чтобы найти их, нужно собрать в кулак всю свою волю и, не обращая внимания на идущую по пятам смерть, двигаться к намеченной цели.

Светлана Балабанова, Виталий Киреев

Фенимор.

Смертельная схватка

Глава первая

День Аида

Наверху послышалось злобное рычание и негромкий жалобный визг. Множество лап зашуршало, заскребло по куче мусора, наваленного перед входом в убежище, и Виктор приоткрыл глаза. Тесный отсек подвала, едва приспособленный для жилья, наполнял призрачный, желтоватый свет.

– Собаки, – подумал Виктор и попытался вернуться туда, где всего несколько мгновений назад он чувствовал себя счастливым человеком.

Диктор рассказывал о погоде, в зале сияла люстра, а из детской доносились визг и хохот детей.

– Милый, ужин готов, – позвал из кухни ласковый голос жены.

Виктор ощутил сладковатый запах жареного лука и аромат домашних котлет, но потревоженное посторонним звуком видение начало таять.

– Нет, это не бандиты, это всего лишь свора голодных псов учуяла запах жилья, – успокаивал он себя.

Некоторое время Виктор лежал неподвижно, вглядываясь в проступавшие в свете взошедшей Луны очертания подземелья.

Весёлые голоса детей и манящий запах еды оказались очередным миражом, всплывшим из глубины разбуженной памяти. Тоской и болью они напомнили о невосполнимой утрате.

Звуки за стеной затихли. Так и не найдя ничего съестного, голодная свора умчалась прочь. Есть хотелось не только собакам. В животе урчало, и Виктор посмотрел на часы. Вот уже несколько лет их механизм отсчитывает предоставленное одиночеством время. День за днём по растрескавшемуся циферблату бежали желтоватые стрелки, то выстраиваясь в единую линию, то пересекаясь между собой.

Когда-то эти прочные, механические часы Виктору подарила жена. Теперь подарок стал дорог ему вдвойне. Часы превратились в овеществлённое воспоминание о прошлом.

– Семь утра. Впереди ещё один бессмысленный день…

Виктор закрыл глаза и погрузился в воспоминания. Четыре года прошло со дня катастрофы, названной выжившим человечеством Днём Аида, а Виктору казалось, что это случилось только вчера.