Братство Чёрной Птицы

Он, скорее всего, обвинит её во всех злодеяниях, чем признает факт, что его ограбили и увели столь бесценную вещь. И в итоге графиню Гарвуд казнят, а она так и не расскажет наш секрет.

Сэм дрогнула и отступила на шаг от постамента.

–И мы просто так дадим её умереть? Подставим невинную женщину?

–Ага, нашёл, – что-то за постаментом легонько хрустнуло, и статуя начала медленно отъезжать в бок. Дрозд отошёл, освободив путь, и посмотрел на девушку своими холодными глазами, полные призрения.

–Андрэ Гарвуд всегда мечтал о сыне, и Элизабет активно пыталась осуществить его мечту.

В первый раз она родила девочку, и этот кудрявы урод избил её, а девчушку придушил в собственной кроватке, чтобы не дать стать наследницей его дома. В его извращённом понимании лишь мужчина должен обладать властью. Убитая горем и зализывая раны, графиня подсела на наркотики и алкоголь, но не переставала лелеять мечту подарить мужу сына. И вот вторая попытка. И опять девочка. На этот раз она не стала дожидаться побоев. А хорошенько накачавшись Единым грехом, утопила малышку в канализации. А мужу сказала, что ребёнок умер при родах.

Сэм казалось, что внутри у неё всё сжимается. Нет, она слышала про дворцовые интриги и грязь, которые твориться внутри знати. Но чтобы настолько….

–И вот попытка номер три. И как ты уже можешь догадаться, у Элизабет опять родилась дочь. Графу она сказала, что родила мальчика, но он пока слаб и не может показаться отцу. А сама тем временем ждёт доктора с чёрного рынка, который должен будет сменить пол младенцу…

–Нет, я… Мы всё равно не можем…

–Оставить её? А ты думала, что Синибас – сказка, в которой всё возможно? Здесь действительно всё возможно, только пути уж слишком кровавые.

И наше дело… Я слишком долго трудился над легендой и личностью барона, чтобы пустить всё коту под хвост из-за одной шлюхи благородных кровей.

Статуя, наконец, отъехала, обнажив большой тёмный проход.

–Куда он ведёт?

–Наружу. К докам дирижаблей.

–А как же…

–Сова и Ласточка выберутся сами.

Не переживай, так было задумано, они…

Его мысль оборвалась на полу слове. Из тёмного проёма, весь измятый, в изорванном фраке, кровоподтёкам на левой щеке, со спутанными кудрявыми волосами, которые были выпачканы в запёкшуюся кровь, и бледно-карими глазами, наполненные страхом, вышел граф Гарвуд. Неуклюже опираясь на стену, он поморщился от света, и казалось, не сразу заметил двух людей в масках, которые пристально за ним наблюдали.