Хэппи-энда не будет

Кто-то называет это реинкарнацией!

– Виссарион, тогда я не понял одной вещи: какой из миров является основным?

– Что ты вкладываешь в свои слова? – администратор с любопытством смотрел на собеседника. Он даже сменил свою позу, пересев на троне так, как это и полагается. Голова чёрта повернулась в правую сторону, а уши приподнялись.

– Ну, где мы живём по-настоящему, там или здесь? – почему- то Захарова смущал заданный им вопрос и его глаза искали место, где можно спрятаться от чёрного взора администратора.

– А какая тебе разница, если ты можешь жить в обоих мирах? Правда, поочередно. Пожил там, нарожал детей, погулял в дорогих ресторанах и всё – милости просим! Теперь можешь ловить единорога, оседлать птеродактиля, забить вместе с древними мамонта… По-моему, вполне неплохо!

Захаров отошёл в сторону и встал под деревом. Сок капал прямо с веток на землю, оставаясь лежать синим пятном на земле. Жучки, похожие на маленьких носорогов, сновали по дереву вверх и вниз, пробуждая в памяти поедание одного из них местным администратором.

Несколько дождевых капель ударили по листьям, и всю поляну через несколько секунд накрыло проливным ливнем.

Оглянувшись назад, Петя увидел Виссариона, достающего из-за трона обычный пляжный зонт. Банальность происходящего поражала, и Петя смотрел, как заворожённый, на творимое им действо. Чёрт вбил зонт в землю, посмотрел со стороны на проделанную работу и уселся на трон. Он задумчиво смотрел куда-то вдаль, временам цепляя хвостом опору зонта.

– Чего стоишь? – Виссарион перевёл взгляд на человека. – Прячься под крышу, пока от этой влаги волосы не выпали.

– А, что, и такое возможно? – Захаров пулей залетел под укрытие, поглаживая лысину.

– Да кто его знает, – Виссарион улыбнулся, показав белые зубы. – Но рисковать не надо. Видишь, у меня маленькая плешь на голове? Может, из-за дождя, а может, и нет. Но я, на всякий случай, теперь ставлю зонт.

Захаров смотрел, как администратор встал с трона и подошёл к падающим с края зонта каплям.

Чёрт выставил вперёд морду и словил ртом несколько из них. Погоняв их по рту, он буднично сплюнул воду на землю, издав при этом звук, похожий на свинячий визг. Прекратился дождь также быстро, как и начался. Виссарион продолжал стоять у края зонта, позволив гостю рассматривать свою спину и то место, откуда рос хвост. Копыта мелко пританцовывали по земле, оставляя на ней небольшие углубления.