Наемник Его Величества

 – Лейтенант Свиранг внял моим просьбам о переводе в ваш десяток…

– И ничего больше не велел передать? – Усмешку К’ирсана уже можно было назвать добродушной, если бывает добродушной горная река, рождающаяся среди древних горных ледников.

Терн вернул ему усмешку и пояснил:

– Десять ударов кнутом, лэр!

По словно вмерзшим в землю фигурам пробежала легкая рябь движения, но все тут же вновь утихло под обжигающим взглядом капрала. Еще не имеющие представления о построении солдаты тянулись во фрунт и поджимали животы.

Две фигуры замерли на краю небольшой рощицы – зеленой проплешины в сером ковре степной травы. Одинаковые серые рубахи и плотные штаны, крепко сбитые ботинки и мечи на поясах никому не дали бы усомниться в принадлежности этих двух мужчин к легиону Зелода. Единственное, что их отличало, так это оружие да маска, скрывающая лицо одного из солдат.

– К’ирсан, я всегда говорил, что ты далеко пойдешь! – Развалившегося на прогретой осенним Тассом земле Терна тянуло на отвлеченные рассуждения.

К’ирсан в ответ лишь хмыкнул, задумавшись о странностях местной погоды. Какой вообще смысл разбивать год на сезоны, если температура колеблется от тепло до очень жарко, если снег здесь бывает только далеко на севере аж на Льдистом океане, а зима отличается от лета лишь большим количеством дождей? Это ж не зима, а сезон ливней какой-то! Здесь в год снимают два урожая, хотя, говорят, в Нолде с его адептами Земли – аж четыре, зачем же тогда все это? Или когда-то было иначе?

– Слушай, у тебя как там клеймо? А то мое зудит, спасу нет! – опять заворчал Терн.

Легионер осторожно потрогал пальцем воспаленную кожу на левом предплечье. Черного цвета наконечник копья останется с ним теперь на всю жизнь, говоря каждому о службе его обладателя в пехотных легионах Зелода. К’ирсан также задрал рукав и показал уже поблекший наконечник, перевитый скальным плющом.

– Знаешь, мне почему-то казалось, что знаки легиона будут выжигать! – задумчиво протянул Кайфат.

– Ну да, так говорят! – согласно закивал его товарищ. – Только так не делается уже лет семьсот, все заменили татуировками… Эх, и как же все у тебя так быстро заживает. Кровь старинных родов, наверное, играет! – Последние слова Терн произнес с неясной паузой, словно бы даже не в шутку сказал, а задал вопрос.