Великие Спящие. Том 1. Тьма против Тьмы

Тренировки тонкого тела многое дали К’ирсану. И теперь он без напряжения мог делать то, на что ни за какие хфурги не решился бы еще три-четыре года назад.

В какой-то миг нервы у Корхила сдали, он попробовал сопротивляться, но без толку. Не лесному ручью тягаться с горной рекой! Энергетическая оболочка короля-мага буквально задушила его ауру в объятиях, подавив едва начавшийся бунт. После чего щупы внимания К’ирсана проникли в верхние слои памяти Длинноухого и ядро его Дара, начав точно выверенными штрихами вписывать в них, как в раскрытую книгу, рисунок сложнейшего плетения.

На словах действия Кайфата звучали страшновато, но на деле эльфу почти ничто не грозило. Гораздо хуже было бы, если он получил плетение непосредственно в сознание – тогда безумие было бы гарантировано. Теперь же Корхил превращался в некое подобие живого артефакта. Временно, пока вложенное знание у него не заберут более подготовленные чародеи, но на этот период его ждали головные боли, слабость и полная невозможность колдовать.

Ну так никто и не обещал, что будет легко.

К’ирсан закончил передачу заклинания и медленно свернул ауру, пригасив сияние своего Дара. Затем снисходительно окинул взглядом бледного, едва стоящего на ногах Длинноухого. Куда только подевались гонор и лоск бессмертного? Перед лицом гораздо более сильного чародея эльф оказался столь же слаб, как и человек или гном. И этот простой факт Корхила очевидно безумно злил.

На этом аудиенция закончилась. Перворожденный деревянной походкой отправился к слугам, а К’ирсан заторопился во дворец.

Меланхолия была забыта, и он собирался вновь с головой окунуться в работу. Тем более что имелась у него одна проблема, которой уже давно следовало заняться, но дурное настроение и терзающие душу противоречивые желания постоянно этому мешали.

Мысли недолго расходились с делом: К’ирсан вихрем промчался по городу, проскользнул в собственную резиденцию через черный вход и спустился в Заклинательный покой. Там его уже ждал вызванный с помощью амулета Канд.

– Учитель, все-таки сегодня? – спросил Канд, прекрасно осведомленный, зачем его оторвали от обязанностей и позвали в дворцовые подземелья.

– Да, давно уже пора. Послание от Ктора пришло еще в начале седмицы, а я все откладываю… – вздохнул К’ирсан, позволив бывшему ученику увидеть самую капельку себя настоящего.

Канд, с рождения обладающий цепким умом и за годы обучения лишь развивший этот талант, оказанное доверие понял и оценил.