Торпеда. В деле. Книга 2

– Здорово, дядь! – Буркнул он подойдя ближе.

– Здоровей видали! Назовись сперва! – Так же угрюмо, ответил и Леха.

– А тебе че, твои опричники не раскидали еще?

– А мы так и будем вопросами базар вести? Кто ты, уважаемый? Это не я тебя искал, а ты сюда приехал по этому поводу. – Перевел разговор Торпеда.

– Ладно, въехал! Короче, я Колян! Фамилия Аськин – по батюшке. Отец был Лёха, давно сквозонул, потом как слышал – сгинул в мир иной. Я сам два года назад откинулся – пятнаху отмотал. От добрых людей прогон услышал, мол какой-то там Торпеда с Пензе сейчас при делах, в центровых ходит, фамилия типа как твоя.

Ну я и стал разбираться в этом вопросе. Узнал про дальних родственников в Нижнем, туда мотнулся, там какая-то баба Валя – жена дядьки моего – Бори. Я о них в душе не ебу, кто это. Растолковал ей всё, что про свою жизнь знаю, вроде бы сошлись в одной теме. Все вырисовывалось верно. Она то мне твой адресок и дала. Я приезжал, искал. Вот и теперь тут. Аськин я епт! – Объяснял Николай.

– Аськин Аськину рознь! С некоторых пор, перестал быть доверчивым.

Да и заплет тут нехилый был, со мной в главной роли. За что такой срок то большой словил? – Поинтересовался Алексей.

– Д не. Это я четырьмя сроками отсидел пятнадцать. За разбой там, за нанесение тяжких короче. – Ответил Шмель.

– А сейчас чем дышишь?

– Да так, за районом присматриваю вот. Туда-сюда, двигаемся короче. Люди уважают, считаются, лавэ капает.

– Если все в цвет говоришь, то держи краба, брательник! – Резко ответил Торпеда и вытянул руку вперёд.

Шмель крепко сжал его ладонь, спустил свои темные очки и посмотрел пристально в глаза Лехе. Леха проделал тоже самое.

После они поехали в ближайший кабак, который был в территориальном подчинении этого самого Коли Шмеля. Там они хорошо посидели, пообщались, разговорились про жизнь и выпили.

Выходило так, что Николай Аськин был на самом деле сыном того самого дяди Леши, который повесился. Оказалось, что все же между сроками он успел жениться и заделать пацана.

Потом с женой просто разошлись, а сын так и остался носить его фамилию. В принципе Шмель больше ни чего и не знал про своего отца, лишь то, что сидел много в тюрьмах и был еще тот хулиган и балагур. Как впрочем и он теперь сам.

– А я пробивал, слышал ты своих всех схоронил, да? Мать, отца и деда. – Говорил Шмель.

– Мать утонула, хотя как-то странно тоже тогда это все произошло, поговаривали, что утопили ее. Не нашли ни кого. Отец скончался от рака.