Баба-Яга в Ведовской Академии, или Кощеева Богатыристика

Тыкать острыми предметами вовсе не следует и потом, после того как они сдались в плен, не стоит вести себя грубо и неучтиво: жечь пятки, пытать и прочее. Злодей очень тяжко учил азы доброты. А когда выучил, стало еще хуже прежнего. Уж лучше бы он по-старому над нечистой силой измывался. Потому что теперь он брал провинившуюся нечисть измором. Читал им долгие и нудные лекции про то, как отличить добро от зла (видать, от меня набрался), да так хорошо он им эти нравоучения втирал, что темные сами молили их поскорее убить.

А заслышав, что Костик сейчас им разъяснять будет, чем добро от зла отличается, пачками начинали перевоспитываться.

– Я злодея своего люблю… – обиженно пробормотала я, понимая, что все мои усилия прошли зря.

Девицы переглянулись и дружно пожали плечами, дивясь такому упрямству. Это все потому, что они никогда не любили. Я своего злодея так сильно люблю, что убить гада готова за то, что он все не едет и не едет меня спасать! Куда им понять такую возвышенную страсть?!

Дверь открылась еще до того, как кто-то из нас успел что-нибудь сказать.

И вовремя, иначе бы разгорелась очередная ссора.

Это была все та же кикимора мисс Крюк.

– Девочки, в «Ежкин наряд» со-обирайсь! У нас очередной вызов от ундин тридесятого королевства, что-то на границе с явью неспокойно.

Адептки все как одна достали и надели фартуки поверх формы. Только делали они это странно, поджав губы и с сосредоточенными лицами профессиональных киллеров.

Я позавидовала выдержке, по самым младшим адепткам было видно, что они волнуются, даже боятся, но сдерживаются изо всех сил.

Ишь ты, вот что делает год обучения в академии ведовства, глядишь, и я через пару деньков буду выступать в дозор с фейсом совершенного убийцы. Чтобы не отставать от коллектива, я, вместе со всеми адептками собралась на выход. Надо же было в конце концов узнать, что за дозор такой. Чем больше соберу информации об этой академии, тем быстрее выберусь отсюда.

Все расхватывали метелки, аккуратно припаркованные около двери.

У меня же никогда метлы не было. И вообще, это страсть как неудобно! Одного полета на жесткой, впивающейся в булки деревяшке мне хватило на всю жизнь. Про студеный ветер, задувающий во все щели, я уже молчу!

Около стены осталась одна ничейная метелка. Я посмотрела на нее и демонстративно прошла мимо.

Помня предательство веректриссиного веника, поклялась, что узлом завяжусь, но заставлю летать ступу, что для зонтиков в моей комнате используется.