Драконы Лондона

Я так и слышала, как он мысленно считает: «Один, два, три…»

– А-а! – Я ринулась к чудовищу.

Нет, я еще хотела его удавить, это вместо меня думали и действовали мышцы, спинной мозг и мозжечок, все в обход истинных желаний и чувств. Уж очень моему организму существовать хотелось, несмотря на то что его хозяйка так глупа и не ценит свою жизнь.

Споткнувшись о грубые полотняные юбки (постоянно в них путаюсь и борюсь с душившим меня корсетом, увы, счет не в мою пользу!), я полетела на дощатый пол.

Мой нос замер в сантиметре от начищенного ботинка чудовища, лишь чудом в него не впечатавшись. Больше всего мне сейчас хотелось быть не слабой человечкой из другого мира, а острозубой зверолюдкой, так сильно я жаждала вцепиться зубами в щиколотку паршивца. Даже если мне это грозило неминуемой гибелью. Ногу бы ему я точно отхватила по самое то самое. Заодно и долг списался бы, что взять с невинно убиенного трупика? Да только вот бог бодливой корове рогов (зубов) не выдал.

Но мышцы и тело, словно сговорились прожить долго и счастливо. Они решили поступить иначе, поползли, потянулись в униженной мольбе о прощении. Даже голос, предатель, стал плаксивым и жалостливым.

– Дайте мне шанс! Пзязюстя!!! – просипела я, всхлипом подбирая хлынувшие слезы и цепляясь за штанину роскошного костюма.

Я уже успела понять, насколько безжалостны жители в этом мире и как трудно их разжалобить. Мне не светило ни прощение долга, ни снисхождение за наглую выходку и малодушие, но может быть, получится выплакать хотя бы крохотную отсрочку?!

Но где там! Стальные нервы чудовища были крепки как никогда и могли держаться годами, не давая слабины.

А вот пуговица штанов не выдержала первой: с визгом отлетев от изделия, припечатала меня аккурат посередине лобика. Но глаза мои округлились не от этого.

Перед моим взглядом предстал ОН – ДРАКОН!

В себе и своих способностях я не сомневалась, но вот о том, что чудовище может краснеть, как свекла, я не знала.

Редкое и полезное свойство, мимикрия называется.

Мои уши тоже горели, как два кумачовых флага. Глядя на внушительную мужественность, я внезапно вспомнила, что очень хорошо умею мыть полы (в лавке навострилась), а также посуду, окна. Все помою – одна останусь! И кирпич класть внезапно умею, и даже шпалы мне по зубам! Все что угодно, лишь бы не эта вопиюще соблазнительная мужественность.

Я хлюпнула носом.