Отбор сокровища у нагга

Ни один караван и носа не сунет в пустыню без приспособлений для добычи волы. Колодцы часто пересыхают или бывают отравлены разбойниками, без воды в пустыне смерть всему.

Мы собрали и установили норию и впрягли в неё ублюда. Животное перед носом которого повесили горсть сочных фиников зашагало по бесконечному кругу. Бурильная установка вгрызлась в грунт и бодренько стала вращаться, выбрасывая на поверхность шматы сырого песка. Источник воды был где-то недалеко нам оставалось только ждать, когда нория доберётся до влаги.

Все занимались своим делом и только я одна бродила как неприкаянная. Работы в караване для меня не было, и я под влиянием скуки пошла бродить по оазису. Шла довольно долго пока внезапно зелёные насаждения не кончились, а я оказалась на верхушке бархана. Передо мной ширились необъятные песчаные просторы, уходящие к самому горизонту, а выше бескрайнее звёздное небо. Не знаю сколько я так простояла, мечтательно глядя в небесную бездну, но от созерцания вечности меня отвлёк какой-то звук.

Я опустила взгляд.

У подножия копошился оборванец. Грязный и чумазый, одетый только в набедренную повязку и рваный, сплошные ленты, халат. На макушке вместо чалмы тряпка, призванная впитывать со лба пот. Волосы давно не мыты и взъерошены.

Он пыхтел, тихо ругался и его молодой озлобленный голос далеко разносился над песками.

Ловкий удар лопатой и склон поехал вниз, и я вместе с ним. Земля ушла из-под ног, меня и незнакомца погребло под обвалом.

Мне стоило немалых трудов выкопать себя из песка.

Ненормальный уже стоял на ногах и все также остервенело копал. Впрочем, без особого успеха, песчинки ссыпались обратно в воронку, выкопанную чокнутым.

– Ты что творишь! – Завопила я, отплёвываясь и пытаясь встать на ноги, но вместо руки помощи получила лишь лопату песка сверху.

– Не видишь что ли? Могилу граблю, а ты мешаешь! – незнакомец рыл как собака, почуявшая гнилую кость, да так оно и было. – А ну, вали отсюда! – И лопатой меня так в сторону в сторону, толкает.

Нет, ну не хам ли?! Наглец! Сначала чуть не потопил в бархане, теперь хочет забить лопатой.

Я на всякий случай отошла в сторону вдруг и в самом деле этот незнакомец не в себе. Вон каким лихорадочным, жадным огнём горят чёрные глаза под не менее тёмными ресницами. Конечно, незнакомец грязен, потен, чумаз и одет хуже, чем распоследний бедняк, но я не могла не отметить правильные черты лица, заострённый прямой нос, упрямо сжатые губы и твёрдый подбородок.